Полвека человека: Камень выживания

В начале 60-х годов прошлого века этот странный атрибут нормальной жизни обязательно лежал где-то в поле зрения горожан
Кочегарки были непременным фоном нашей городской жизни тех лет.

Кочегарки были непременным фоном нашей городской жизни тех лет.

Во дворах, возле подъездов, вблизи сараев непременно можно было найти здоровую каменюку. Это был еще один характерный элемент нашего бытового пейзажа тех лет.

Квартирный очаг

Сегодня мало кто задумывается, чем отапливались зимой жилища пращуров в те времена, когда в столице советского Казахстана не было ни газа, ни центрального отопления. Кстати, нынешняя зима поможет составить впечатление о том, каковы были типовые зимы полвека назад.

Так вот, город обогревался печками. И живой огонь горел даже в тех квартирах многоэтажных домов, в батареи которых поступало тепло от ближайших котельных. Например у нас, на третьем этаже в самом центре города, печка под водогрейной колонкой разжигалась каждый раз, как только кто-то хотел принять ванну, или затевалась «большая стирка».

А топились алма-атинские печки фирменным топливом, неизвестным в других частях СССР. Саксаулом.

Зимой коммунального тепла не хватало, а потому эти студентки физфака КазГУ одеты изрядно (конец 1950-х).

Зимой коммунального тепла не хватало, а потому эти студентки физфака КазГУ одеты изрядно (конец 1950-х).

Саксауловые леса, равных которым в мире более не было нигде, широкой полосой тянулись тогда еще по всему пустынному поясу Казахстана. От предгорий Урала и Аральского моря до сопок Алтая и озера Зайсан. И именно благодаря этому во многом и появилась возможность для относительно комфортных зимовок кочевников Великой степи, крестьян-переселенцев в степных районах, а позже и горожан стремительно урбанизируемой республики.

Саксаул в качестве дров — это вообще высокая поэзия. Загорается с полспички, горит ровно и спокойно, без «нервов» и искр, без треска и «брани». Мягкое попыхивание саксаулового костра лишь несколько оттеняет окружающую гармонию и великую тишину ночной пустыни. То же самое таинство происходило и в печурке городской квартиры. Если обратиться к более научным параллелям, то выяснится, что теплотворная способность саксаула в 1,7 раза превышает показатель таких традиционных дров, как березовые, и примерно схожа с таким топливом, как бурый уголь.

Нет, конечно, кто-то и в те времена топил печки каменным углем, но это — в крайнем случае, когда по каким-то причинам не удавалось купить саксаула. Немаловажным преимуществом дров из пустыни было то, что они были несравненно чище ископаемого топлива, от них не летело черной пыли и копоти.

Дерево, достойное памятника

Если по справедливости — саксаулу вообще-то давно пора поставить памятник на какой-нибудь главной площади. Потому что столько добра, сколько сделало для человека это невзрачное деревце, горожане не получили даже от знаменитых яблонь. Это сейчас его бездарно изводят на шашлыки, а еще полвека назад саксаулом отапливалась значительная часть жилого сектора Алма-Аты. Во всяком случае «саксаульную базу» помнят все коренные алматинцы. Что говорить о трудных временах, когда саксаул был единственным топливом не только для людей, но и для фабрик-заводов, а также паровозов-пароходов. Кстати, в первые годы функционирования Турксиба, связавшего Алма-Ату со всей страной и выведшего наш город из пут дремучего захолустья, движение паровозов осуществлялось во многом именно на саксауловой тяге.

Так что — памятник будет вполне уместен. Тем более что сегодня в Казахстане крупных деревьев саксаула уже практически не осталось (еще недавно он дорастал в природе до 10-12 метров!). Ведь для лесоповала в пустыне не нужно даже бензопилы. Достаточно пары рабочих рук. Огромные многометровые деревья саксаула, даже живые, легко выламываются и не очень сильным человеком. А на месте былых лесов повсеместно воцаряются уродливые язвы: нынче отыскать крупный и нетронутый массив саксаульника на всем пространстве от Урала до Алтая — задача непростая.

Заканчивая тему, вернусь к началу. К камню во дворе. Он имеет непосредственное отношение к качествам саксауловой древесины. Которая, в силу своей вязкости, не поддается ни топору, ни пиле. Зато легко крушится от сильного удара. О камень. Треск от ломаемого в зимнее время саксаула был в Алма-Ате столь же характерен, как и хлопки от выбиваемых на свежем снегу ковров.

Алма-атинская ТЭЦ начала строиться еще в середине 1930-х.

Алма-атинская ТЭЦ начала строиться еще в середине 1930-х.

Победитель кочегарок

И еще из характерного тех лет. В продолжение. Печное отопление придавало Алма-Ате свой неповторимый дух. И то, что многие топили печи саксаулом, хорошо определялось не только по запаху, но и по цвету дыма.

Всякую зиму в морозный воздух над городом устремлялись столбы многочисленных «дымов», выпускаемых множеством труб над «верненскими домиками». И не только. В начале 1960-х каждая уважающая себя организация, а вместе с ними и большинство многоэтажных домов в Алма-Ате, имели собственные котельные. А это значит, что над центральной частью города в отопительный сезон коптили небо не только несколько тысяч труб частного сектора, но и несколько сотен разнокалиберных кочегарок.

Кардинально положение дел начало меняться в 1961 году, когда алма-атинская ТЭЦ-1 начала, наконец, отвечать требованиям, заложенным в аббревиатуре, и давать столице не только электричество, но и тепло. Именно тогда появились в городе первые сети централизованного теплоснабжения, про износ которых мы до сих пор слышим перед каждым повышением тарифов. Благодаря ТЭЦ-1 алма-атинский пейзаж освободился к 1981 году от 735 труб разных ведомственных кочегарок.

Небо над городом, правда, не стало от этого девственно чистым.

Фото из архива автора и изданий прошлого века.

(Продолжение следует)

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz