Казахстан
+32°
Boom metrics
Политика15 февраля 2022 6:00

Вначале — экономика, а уже потом — политика?

Дискуссия о том, нужна ли Казахстану евразийская экономическая интеграция, вновь вспыхнула после январских событий.
Серик ТЕКЕЖАНОВ
Дискуссия политических экспертов о том, нужна ли Казахстану евразийская экономическая интеграция?

Дискуссия политических экспертов о том, нужна ли Казахстану евразийская экономическая интеграция?

Фото: из открытых источников

Ее противники и критики, воспользовавшись поводом, выдвигают теперь уже тезис, что республика может в какой-то степени поступиться своим суверенитетом, учитывая возрастающую роль политического фактора на евразийском пространстве.

Мы сами себе проблема

Но так ли это? Действительно ли политика сегодня стала доминировать в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), как бы подвинув на второй план экономику, ради развития которой и создавалось это сообщество?

Что касается экспертов, то одни из них январскую трагедию Казахстана считают ударом по интеграции (среди требований протестующих, распространяемых в соцсетях, был выход страны «из состава СНГ, ЕАЭС и прочих союзов»), другие уверяют в том, что она отрицательно не повлияет на интеграционные процессы, а, напротив, расширит и углубит сотрудничество с дружественными странами не только в сфере безопасности, но и на культурно-гуманитарном, образовательном треках.

Сергей Домнин

Сергей Домнин

Мнения наиболее авторитетных специалистов по евразийской интеграции также разнятся. Вот, к примеру, как оценивает происходящее один из ведущих в Казахстане экономических экспертов Сергей ДОМНИН:

— Если трезво посмотреть на ситуацию в экономике, то большего сближения с Россией ожидать не стоит. Контакты бизнеса и взаимодействие правительств и так на максимуме: сколько мы смогли сделать шагов в сторону России, столько и сделали. Больше не позволяют возможности крупного российского бизнеса и государства, которые финансируют нашу экономику через институты развития. Частный российский бизнес уже до предела освоил казахстанский рынок.

Основные вопросы связаны не с Россией, а с Казахстаном. Как будет строиться государственная долгосрочная экономическая политика нашей страны? Не выберут ли власти более активные темпы приватизации государственных и стратегических активов, чем те, которые были ранее? — Российский бизнес, в том числе государственный, может попробовать нарастить свою долю, — считает Сергей Домнин, — но и тут потенциал ограниченный. Надо понимать: большой конкуренции за казахстанские активы сегодня не случится. Даже россиян заманить к нам будет достаточно тяжело. Все объективные международные отчеты, которые делались по поводу инвестиционной привлекательности Казахстана в последний месяц, повторяли, что отвалилась главная опора — политическая стабильность. Причем она отвалилась не только в отношении казахстанской экономики самой по себе.

Ситуация в стране представила перспективы и других центральноазиатских стран достаточно мрачными. Реализовался неожиданный катастрофический сценарий, а ведь для негативного решения об инвестициях в Казахстан ранее было достаточно и стандартных факторов.

— Если смотреть на ситуацию с позиции экономиста, это плохо. Но есть и другая сторона: меньше иностранных инвесторов — меньше поводов для социальной напряженности, которая у нас часто связана с иностранцами. В краткосрочной перспективе нам и без этого раздражителя проблем хватит.

Китай нам поможет, если ему это будет надо

Рустам БУРНАШЕВ, профессор Казахстанско-Немецкого университета, думает несколько иначе:

— Что касается внешней политики Казахстана и каких-то возможных трансформаций, то не видно никаких оснований для того, чтобы основные векторы сменили направления. Разве что, если мы сами что-то натворим, и наше международное положение ухудшится. Но если ничего рушить не будем, то оснований для изменения ситуации практически нет. Например, взаимодействие Казахстана с Россией настолько сильное и фундаментальное, что повлиять на него ввод российских миротворцев ОДКБ на неделю в Казахстан никак не может, ни в позитивном, ни в негативном плане. Хотя многие видят в этом проблемы.

Рустам Бурнашев

Рустам Бурнашев

Относительно наших китайских соседей, считает Бурнашев, никакой корректировки политики в отношении Казахстана тоже ожидать не стоит.

— Насколько я знаю, они вполне с пониманием относятся к той ситуации, в какой оказалась страна. То же самое мы видим у наших южных соседей. С точки зрения Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана и Туркменистана в плане межгосударственного взаимодействия фактически ничего не изменилось.

Андрей Чеботарев

Андрей Чеботарев

Андрей ЧЕБОТАРЕВ, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива»:

— Если рассматривать евразийскую интеграционную повестку в целом, то особое внимание, на мой взгляд, здесь следует обратить на расширение сотрудничества в сфере трудовых отношений. Налицо то, что основным фактором январских событий стало ухудшение уровня жизни и социального самочувствия значительной части населения Казахстана. А среди их участников преобладали безработные и низкооплачиваемые работники. В связи с этим следует, в частности, действующие в Казахстане предприятия с участием российского, белорусского и кыргызского капитала привлечь в официальные программы в сфере труда и занятости. В том числе к участию в программе «Молодежная практика». Еще более важным направлением торгово-экономического сотрудничества Казахстана со странами-партнерами по ЕАЭС представляется реализация совместных инвестиционных проектов. Особенно в приграничных регионах с Россией и Кыргызстаном. В свою очередь они дадут дополнительные рабочие места.

Других вариантов, кроме ЕАЭС, просто нет

Акимжан АРУПОВ, директор Института мировой экономики и международных отношений, задался вопросом: изменится ли политика многовекторности Казахстана, усилится ли сотрудничество с партнерами по ОДКБ и ЕАЭС?

— Многовекторность сформировалась не просто так, и она сохранится, — считает эксперт, — достаточно вспомнить недавнюю историю о том, какие страны помогали поднимать и развивать казахстанскую экономику, откуда шли иностранные инвестиции. Основные партнеры остаются все те же, их реакция на происходящее оказалась выдержанной и предсказуемой. Китай внимательно присматривался, не делал резких шагов. В конце января состоялся онлайн-саммит «КНР-Центральная Азия», посвященный 30-летию установления дипломатических отношений Китая со странами региона. Думаю, что не без влияния нашей стороны он прошел в виде многостороннего форума глав государств, и это хороший сигнал.

Акимжан Арупов

Акимжан Арупов

В свою очередь в работе ЕАЭС все идет по плану. Другое дело, что был период, когда государства видели, что интеграционный потенциал начинает пробуксовывать, в итоге приняли стратегию развития объединения до 2025 года, которую сейчас реализуют.

— Думаю, что в работе Союза возможно усиление гуманитарных аспектов сотрудничества, но не политических, — предположил Акимжан Арупов, — действия миротворческих сил ОДКБ напоминали развертывание пожарной команды, которая быстро ликвидировала очаг возгорания, после чего демонстративно покинула страну. Думаю, ни одному из государств, участвующих в ОДКБ, лишнее обострение повестки неинтересно. У них хватает других проблем.

Вячеслав Додонов

Вячеслав Додонов

Вячеслав ДОДОНОВ, главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК:

— Курс на евразийскую интеграцию будет продолжаться. По большому счету, ЕАЭС для страны является безальтернативным интеграционным объединением, фактором модернизации. Сегодня мировая экономика представляет собой набор межгосударственных объединений с разной интенсивностью интеграции. Поэтому Казахстану приходится участвовать в соответствующем процессе, его экономика не самодостаточна. Интегрироваться с Китаем невозможно, в рамках Центральной Азии — не имеет особого смысла, потому что страны региона представляют собой экономики еще меньшего размера и уровня самодостаточности. Других вариантов, кроме ЕАЭС, нет, нравится это кому-то или нет. Это данность.

Кроме того, Россия последовательно увеличивает свою долю в общем объеме поступающих в Казахстан иностранных инвестиций. В период функционирования ЕАЭС, с 2015-го по первые 9 месяцев 2021 года, примерно в два раза вырос удельный вес валового притока прямых иностранных инвестиций из России. На 2015 год ее доля составляла 3,5%. По итогам 9 месяцев 2021 года — более 7%. Еще больше вырос удельный вес России в чистом притоке иностранных инвестиций. Сейчас он достиг почти 15%. Это происходит на фоне того, что инвестиции из других стран-партнеров стагнируют. И в этих условиях даже небольшой прирост российских инвестиций важен.

— Если мы хотим модернизировать экономику, а не просто сидеть на нефтяной трубе, то никуда не деться от связей с ЕАЭС, его рынков, инвестиций, которые приходит из Союза — читай из России, так как доля других стран мизерна, — заключил Вячеслав Додонов.

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz