Игорь ГОНОПОЛЬСКИЙ, кинодокументалист: «Жизнь моя — не только кинематограф»

Заслуженный деятель Республики Казахстан Игорь Гонопольский.

С ним поговорим мы сегодня «о творчестве, о славе, о любви».

АПЛОДИСМЕНТЫ, АПЛОДИСМЕНТЫ...

— Вначале надо читателям пояснить, почему мы на «ты».

— Потому что три года учебы в одном классе и пять — на одном факультете дают нам сие безусловное право.

— Тогда вперед. На этот раз твоим героем стал главный режиссер Государственного академического русского театра драмы имени Лермонтова Рубен Андриасян. Почему ты решил снимать фильм о коллеге? Чтобы проникнуть в тайны чужого мастерства?

— К нему проникнешь... При всей известности, авторитете, заслугах на театральном и общественном поприще человек он достаточно закрытый, оберегающий свою жизнь от любых вторжений, имеющий четкие и во многом незыблемые принципы. Во время съемки попросил его показать свои многочисленные награды. Рубен Суренович разложил их передо мной, но только оператор взялся за камеру, как тут же резко и без долгих объяснений он это дело пресек.

Судьба у него потрясающая! Какие повороты, испытания... Молодой выпускник Ереванского художественно-театрального института возглавляет Кзылординский казахский драматический театр. Не зная ни слова по-казахски, начинает работать с актерами, среди которых аксакалы раза в три его старше. Казалось бы, до бунта рукой подать: «кого прислали?» Но когда через два года его переводят в Кустанай, то для труппы это просто ножом по сердцу. Оказывается, в армянском языке много тюркизмов, это ему здорово помогало. Но больше, конечно, — профессионализм и страсть к театральному делу, которые ни от языка, ни от разреза глаз не зависят. В Кустанае он встретил свою судьбу, Валентину, с дивной фамилией Берёза, под сенью которой живет всю жизнь. Что совсем не характерно для служителей Мельпомены...

— Например, для тебя.

— В подробности моей личной жизни вторгаться не будем. Но уточню, что у меня трое замечательных детей, которые дружат со мной и между собой.

— Ладно. Продолжим тему твоего героя.

— Рубену непросто было покорить Лермонтовку. Аплодисменты зрителей — это одно, вызвать аплодисменты артистов, точнее, завоевать авторитет у них — куда труднее. До него тут актерская братия не одного режиссера «схрумкала». Это же классика жанра, вспомни фильм Леонида Филатова «Сукины дети»! А на сегодняшний день Андриасян здесь трудится, страшно сказать, тридцать семь лет. За эти годы выпущены десятки спектаклей, русская и мировая классика, современная драматургия... Он создал в театре атмосферу творческой свободы, любит молодежь, дает ей развернуться. В моем фильме актеры говорят, что он не показывает «как», а дает ощутить «что». Расширяет психологическое понимание образа — это высший пилотаж режиссерской задачи. И при том абсолютно не ревнив. Приглашает для постановок мэтров со стороны. Роман Виктюк, к примеру, поставил «Визит дамы».

— Ты ведь тоже там отметился тремя спектаклями?

— И очень этим горжусь. Первой была работа по пьесе российского драматурга Семена Злотникова «Пришел мужчина к женщине». Вторая — постановка по пьесе Рустама Ибрагимбекова в жанре трагикомедии «Ищу партнера для нечастых встреч». Что удерживает на плаву семейную лодку после двадцати лет совместной жизни, если было всякое... и у супругов накопилось множество вопросов друг к другу? Только соломинка. По имени любовь. Потом удалось мне поставить «Отель двух миров» французского драматурга Эрика-Эмманюэля Шмитта. Пьеса роскошная, по накалу страстей, по фантастическому сюжету. Герой после автомобильной аварии обнаруживает себя в некоем загадочном отеле. Встречается там с незнакомыми прежде людьми, с которыми, как выясняется, у них абсолютно одинаковая точка пересечения — жизни и смерти. Она захватила меня, актеров и, конечно, зрителей, спектакль обычно идет при полном зале.

ВЕЛИКИЕ И БЛИЗКИЕ

— Мы оба с тобой — выпускники факультета журналистики. Выходит, изменил профессии, записанной в дипломе?

— Ничуть не бывало. Я расширил рамки профессии. Во-первых, серьезно занимался фотографией. Сделал фотофильм «Осторожно, листопад», можно сказать, мой первый опыт в режиссуре. Во-вторых, точнее, в главном, кинодокументалистика — такая же журналистика, только с видеорядом. Меня привел в нее известный сценарист Леонид Гуревич, которого считаю своим наставником и учителем. Случайно он увидел мультик «Теплые камни осени», который мы сделали вместе с алматинским художником Володей Безелюком и кинооператором Геной Лазаревским. Так родилась наша дружба с Леонидом Абрамовичем, благодаря чему состоялись работы, которыми горжусь... Я к тому же окончил режиссерский факультет Ленинградского института театра, музыки и кинематографии. Документальное кино, а мне ближе называть его неигровым, дает потрясающие возможности узнавания мира людей. Это непридуманные судьбы. И какие! Сергей Эйзенштейн, мы снимали фильм к столетию его рождения. А прожил он всего пятьдесят. Не знаю, легенда или нет, но Вольф Мессинг именно такой срок жизни ему и предсказал. Перелопатили мы огромное количество архивных материалов, встречались с людьми, близко знавшими эту легендарную личность. Он ведь оставил памятный след и в нашем городе, где продолжил съемки «Ивана Грозного», за первую серию получил Сталинскую премию.

Долгие годы стоял в первозданном виде скромный домик в центре Алма-Аты, где жила эвакуированная киношная рать. Теперь его облицевали пошлым образом, разместили какой-то пафосный офис... в общем, победить дорогую память не так уж и трудно. Среди фильмов, за которые мне не стыдно, ленты о художнике мирового порядка Сергее Калмыкове, об Олжасе Сулейменове, поэте и государственном деятеле, о всеми любимой певице Бибигуль Тулегеновой, о писателе-натуралисте Максиме Звереве. С Сергеем Калмыковым, фильм о нем называется «Это я вышел на улицу», пришлось лично соприкасаться. Дело в том, что он лечился в клинике моего отца, известного советского психиатра Маркса Гонопольского. Судьба художника поистине драматична. Он жил в запущенных бытовых условиях, соответственно, и картины часто попросту валялись в каких-то сараях, кладовках. Помню, как мы после его кончины спасали часть полотен, очищая от грязи, прилипшего мусора. Слава пришла к художнику в посмертном виде. Сейчас за его картинами гоняются коллекционеры всего мира.

ДЕТКИ И ДЕРЕВО

— Не перестаю удивляться твоему «полифоническому жанру». Ты ведь еще находишь время и преподавать?

— Это очень увлекательное занятие, надеюсь, что студентам оно не менее интересно, чем мне. На тебя глядят двенадцать пар юных глаз, их обладатели все разные, со своими талантами, запросами, тараканами в голове. Представляешь, они поступили на режиссуру — и никогда ни один из них не был в театре. Когда мое потрясение от данного обстоятельства улеглось, начал потихоньку ставить их на путь истинный. Зато сейчас, к четвертому курсу, они стали завзятыми театралами. Причем постигали театр с азов и с низов. Я назвал этот проект «Закулисье». Каждый снял свой маленький фильм — о костюмере, осветителе, звукорежиссере, директоре театрального музея... Словом, о тех, кто не виден из зрительного зала, но без кого спектакль не появится на свет. Развивая их, развиваешься сам, «замыленный» взгляд свежеет, а иногда случаются настоящие открытия. Одна студентка представлялась существом ленивым, избалованным, все у нее не получалось, затягивалось. И вдруг — выдала та-а-а-кую работу, коротенькую, трехминутную, что я был потрясен. Просто идет-бежит по экрану рисованный человечек, попадает в разные ситуации, проявляет себя, там целый жизненный пласт видишь, глубокую философию. Да ради таких неожиданностей не жалко ни времени, ни сил! В начале учебы они получили задание снять этюд о дереве.

— В смысле?

— В полном смысле — о дереве. Нет одинаковых людей, и деревьев тоже нет одинаковых. Надо было искать образ, фантазировать. Вглядываться в заданный объект глазами и душой. А как иначе? Трудитесь, детки, осваивайте жизнь, только так можно достичь чего-то в профессии, которую выбрали. Кстати, «Детки» — это еще и название телесериала, который я запустил в 2000-м году, это был проект на базе одного из алматинских вузов. Мы отсняли за три года сто двадцать шесть серий, безумная работа команды из шести человек, ни отпусков, ни выходных... Премьера новой серии каждую неделю. Молодежь его смотрела взахлеб, там же были все их ситуации — кто-то не сдал зачет, конфликты с родителями, девчонка залетела, разборки с друзьями... В общем, те еще детки. Ну и без них никак, ни на экране, ни в жизни.

СПРАВКА «КП»

Игорь Гонопольский снял больше двухсот лент неигрового кино. Участник и лауреат множества кинофестивалей. Академик Евразийской Академии кино и телевидения. Несколько лет назад стал гражданином Израиля. Сейчас вернулся в родной Алматы, где ему вольно дышится и хорошо работается.

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz