Сегодня:
Общество

Диагноз или приговор?

В прошлом году около Шымкента произошла ужасная авария, в которой погибли три человека, двое из которых — дети
14 августа 2020 года. Молодая семья — Самат и Асель Молдабековы, трое их детей, а также младший брат Самата ехали из столицы на легковой машине в Шымкент.

14 августа 2020 года. Молодая семья — Самат и Асель Молдабековы, трое их детей, а также младший брат Самата ехали из столицы на легковой машине в Шымкент.

Этот трагический случай активно обсуждался в социальных сетях, на страницах газет и телеэкранах. Но сегодня мы вынуждены к нему вернуться, потому что речь теперь идет о жизни и здоровье выживших.

14 августа 2020 года. Молодая семья — Самат и Асель Молдабековы, трое их детей, а также младший брат Самата ехали из столицы на легковой машине в Шымкент. Поздно вечером в 30 километрах от Тараза на пути их машины внезапно возник КамАЗ, под прицеп которого и попала легковушка. Старший и младший сыновья Самата, а также его брат погибли на месте. Самат и его средний сын остались живы — отделались сотрясением мозга. Супруге повезло меньше. В состоянии комы ее доставили в городскую многопрофильную больницу Тараза.

Там Асель была осмотрена реаниматологом, нейрохирургом, травматологом и хирургом. Диагноз: закрытая черепно-мозговая травма; ушиб головного мозга тяжелой степени; фрагментарный перелом грудной клетки. В тяжелейшем состоянии молодую женщину положили в реанимацию.

Между жизнью и смертью

Три недели врачи таразской больницы боролись за жизнь Асель, пока им не удалось стабилизировать ее состояние. Затем последовали еще четыре недели восстановительных процедур. После чего в состоянии «бодрствующей комы» (апаллический синдром) Асель была выписана из больницы.

Три недели врачи таразской больницы боролись за жизнь Асель, пока им не удалось стабилизировать ее состояние.

Три недели врачи таразской больницы боролись за жизнь Асель, пока им не удалось стабилизировать ее состояние.

Выписка из медкарты Асель от 05.10.2020: «...курс реабилитационного лечения закончен, пациентка выписывается в компенсированном состоянии под наблюдение врачей. Кормление через назогастральный зонд... На фоне проведенного лечения отмечается некоторая положительная динамика в виде улучшения мышечного тонуса в мускулатуре».

Для продолжения лечения 6 октября прошлого года Асель доставили в столицу, в отделение нейрореабилитации Национального центра нейрохирургии.

Перевезти пациента с подобными травмами из одного города в другой — задача крайне сложная. Поэтому Самат официально обратился в санавиацию, но ему отказали: мол, ваш случай не экстренный, его нет в нашем списке.

Сухая отписка Национального координационного центра экстренной медицины создала большие проблемы для пострадавшей семьи. А именно: им пришлось за собственные средства заказывать реанимобиль, выкупать медицинское купе в поезде «Тальго», нанимать врача, который бы наблюдал в дороге за Асель. А ведь кроме всего этого необходимо было оплатить проезд врача в обе стороны и в срочном порядке решить много других вопросов, требующих времени, средств и нервов.

Почему так вышло? Упомянутый Центр экстренной медицины — государственное учреждение, существующее, между прочим, на деньги налогоплательщиков. В том числе — и семьи Молдабековых. А вот помощью в экстренном для нее случае семья воспользоваться не смогла.

Здесь возникает вопрос: а есть ли в списке «Оснований для использования авиационных услуг» этого центра оказание экстренной помощи, например, съемочной группе популярной телепередачи «Орел и Решка», которую «крылатые спасатели» катали на вертолете у живописных вершин Шымбулака? Об этом факте сначала сообщил один из блогеров, а затем узнала и широкая общественность. По неизвестным пока причинам тот блогер буквально через два дня удалил свой пост. Однако остались скриншоты и, собственно, видео той передачи. Остались и вопросы, которые могли бы, наверное, заинтересовать соответствующие органы.

В силу ограничений

В столичном отделении нейрореабилитации Центра нейрохирургии Асель Молдабекова провела десять дней. Здесь медики значительно продвинулись в восстановлении девушки. После интенсивного медикаментозного лечения она начала принимать массаж, выполнять простые движения, а затем с ней стал заниматься уже и логопед.

К сожалению, дольше положенного реабилитационного курса врачи не имеют права держать своих пациентов в больницах. На это есть даже специальный приказ Минздрава РК № 98 от 27.02.2015. Поэтому с позитивной динамикой (но по-прежнему в общем вегетативном состоянии) Асель выписали. С тех пор она находится дома.

Для семьи Молдабековых начались новые испытания. Теперь больничная палата у них дома. За Асель ухаживают всей семьей. Муж, мама, бабушка, дяди и тети стали для нее сейчас больше, чем родственники, — они теперь еще и ее лечащие врачи.

Самату пришлось оставить прежнюю работу, чтобы постоянно быть рядом с женой. У Асель трахеостома (искусственное дыхательное горло) — теперь она так дышит. Пищу она получает с помощью зонда.

Без права на восстановление?

За Асель продолжают наблюдать специалисты, с ней занимаются лечебной физкультурой, делают иглоукалывание, дренажный массаж и много других необходимых процедур. Все это хорошо и даже замечательно. Только вот все эти медицинские услуги полностью оплачивались из личных средств Молдабековых. Почему в прошедшем времени? Потому что их средства закончились уже давно. Семья теперь оплачивает услуги деньгами, которые стали поступать от неравнодушных, откликнувшихся на чужую беду людей. И этих денег, к сожалению, пока тоже не хватает.

Молдабековы попытались продолжить лечение в больничном стационаре, направили документы в Центр нейрохирургии. Но оттуда пришел отказ.

Из консультативного заключения от 10.11.2020:

«...пациенту с выраженным нарушением функций и не имеющему перспективы восстановления (реабилитационный потенциал исчерпан) помощь оказывается в медучреждениях, оказывающих паллиативную помощь и на дому».

Странно — «не имеющего перспективы восстановления». Асель же потихоньку восстанавливается! Почему у нее нет перспективы?

Во время моего посещения дома Молдабековых пришли два врача: иглотерапевт и специалист, делающий дренажный массаж. После того, как они сделали назначенные процедуры, я поинтересовался их мнением о той самой перспективе.

Они сказали, что Асель сначала необходим консилиум врачей: терапевта, нейрохирурга, диетолога, невролога. По их рекомендациям нужно будет провести ряд анализов и исследований. И только потом консилиум должен решить, можно ли Асель в нынешнем состоянии с трахеостомой ложиться на реабилитацию (или трахеостому нужно сначала убрать)? Но реабилитация, по мнению моих собеседников, обязательно нужна!

Что касается перспектив. Родные Асель обратили внимание, что еще пару месяцев назад все было гораздо хуже, а сегодня она уже может дышать без аппарата, правда, недолго. И даже заново научилась глотать.

Вот уж воистину — потенциал человеческого организма огромен! И, глядя на Асель, нисколько еще «не исчерпан», как написано в том самом заключении.

Чтобы не основываться лишь на своих эмоциях, попросил известного и опытного врача осмотреть Асель в качестве, если можно так сказать, независимого эксперта (поэтому не называю его фамилию). Так вот, после обследования он твердо озвучил свой вердикт: состояние пациента вегетативным назвать никак нельзя.

Всем миром!

В комнате-палате Асель Самат хлопотал, расставляя по местам медицинское оборудование, которое только что использовали врачи. У кровати, занимающей почти половину всего пространства комнаты, оставшийся в живых средний сын Арлан тихонько гладил руку мамы. Асель реагировала на его ласку слабым подрагиванием руки и движением глаз. И так изо дня в день!

А ведь в конституциях многих государств (не только Казахстана) прописано, что гражданин имеет право и на охрану здоровья, и, тем более — на жизнь. Но в реальности люди остаются один на один со своей бедой. С каждым днем оздоровительные потребности Асель множатся: кроме продолжения курса приема препаратов, лечебной физкультуры и дренажного массажа, теперь нужен постоянный надзор физиотерапевта и невролога. И обязательно необходима консультация лора. И еще много чего нужно. Самостоятельно семья Молдабековых со всем этим уже не справляется.

Заканчивая этот материал, я понял, что ошибся, когда написал, что нашлись люди, которые откликнулись на чужую беду. Неправильно. Они и откликнулись как раз потому, что для них чужой беды не бывает. Именно такие люди без всякого референдума «дополняют» любые конституции своей моралью и поступками, которые помогают ближнему (для них чужих и дальних нет) и дают ему возможность сохранить свою жизнь и здоровье.

Хочу обратиться к читателям нашей газеты. Семье Молдабековых, конечно же, нужна финансовая помощь. Моральная тоже. Нужна и профессиональная. Надеюсь, что откликнется врач, чья специализация позволит хотя бы дать нужную консультацию Асель.

Однажды медицинские специалисты уже поставили Асель диагноз, несовместимый с дальнейшим восстановлением. Однако вера в лучшее, бесконечная самоотдача, забота о любимом человеке — Самата, маленького Арлана и всех Молдабековых — вместе с помощью благородных, отзывчивых людей показали ошибочность и ничтожность того самого диагноза.

Думаю и надеюсь, что общими усилиями можно вернуть Асель к полноценной жизни. И уже обязательно нужно хотя бы попытаться это сделать.

ВНИМАНИЕ!

Для тех, у кого есть возможность хоть как-то помочь семье Молдабековых, телефон для связи и счет: +7 701 997 0621 — Самат Молдабеков;

Kaspi Gold: 5169 4931 6776 8228 — Самат. М

От редакции

Автор данного материала попросил перечислить гонорар семье Молдабековых на указанный выше счет.

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz