Общество28 апреля 2021 7:00

Профессия такая — спасать и помогать

Из народных наблюдений: если не видно МЧС — значит, все в порядке
Михаил ЧИРКОВ
С осени прошлого года МЧС вновь стало самостоятельным и полноправным подразделением правительства.

С осени прошлого года МЧС вновь стало самостоятельным и полноправным подразделением правительства.

Следуя этой логике, можно бы утверждать, что в Казахстане больше пяти лет не было никаких из ряда вон выходящих ситуаций. Что, безусловно, далеко не так.

Просто с 2014-го по 2020 год Министерства по чрезвычайным ситуациям в стране не было. Был комитет по этим делам в составе другого министерства. И вот с осени прошлого года МЧС вновь стало самостоятельным и полноправным подразделением правительства.

Чем все эти движения были вызваны и был ли от этого какой-нибудь эффект, а также что нужно сделать, чтобы МЧС могло успешно решать стоящие перед ним сложные задачи, — об этом «Комсомолка» поговорила с Владимиром Божко, который много лет возглавлял «чрезвычайное» ведомство, а потом курировал законодательное взаимодействие с этой ключевой структурой в должности вице-спикера мажилиса парламента РК.

Владимиром Божко.

Выход из чрезвычайной ситуации

— Владимир Карпович, в 2014 году прошла масштабная переналадка многих министерств и ведомств, немалое их число было, как говорится, оптимизировано. Почему ваше МЧС было «разжаловано» в комитет, да еще в составе другого ведомства?

— К тому времени в Казахстане была разработана концепция реорганизации государственного управления, включавшая в себя, в том числе, и сокращение правительства. К осени упомянутого года она начала воплощаться в жизнь. Так вот, один зарубежный консультант (не буду делать ему бесплатную рекламу) высказал такое мнение: «Казахстан — маленькая страна, и «целое» Министерство по чрезвычайным ситуациям ему не нужно». К нему прислушались, и мы превратились в комитет в составе МВД.

Конечно, оказались в сложном положении. Однако, не могу здесь не сказать добрых слов о тогдашнем министре внутренних дел Калмуханбете Нурмуханбетовиче Касымове. Он с пониманием вникал в наши новые проблемы, оказывал всю возможную поддержку. Например, согласился с нашими доводами и придал областным подразделениям КЧС организационную самостоятельность: в частности, при формировании кадрового состава. Хотя у местных полицейских начальников были на этот счет совсем другие намерения.

Как бы то ни было, но понимания и поддержки руководства МВД оказалось недостаточно. Наша работа в составе другого ведомства еще раз убедительно доказала: всякое непродуманное и неподготовленное действие во благо зачастую оборачивается во вред.

Ведь что получилось? МВД — огромное ведомство со своими специфическими задачами: охрана общественного порядка, профилактика правонарушений, учет и контроль миграционных процессов, поиск преступников и так далее. А тут к ним новый комитет «прикомандировали». МВД и так имело хроническое недофинансирование, могло ли оно в полной мере учитывать потребности чеэсников? Конечно, нет.

Теперь представьте такую ситуацию: заседание правительства, каждому министру для доклада отводится 7, максимум, 10 минут. Министр внутренних дел за это время хорошо если успеет о своих, полицейских, проблемах и задачах сказать. А о наших, чеэсных, которых, я думаю, совсем не меньше? Крайне сложно...

Подчиненное положение в министерстве, особенно в финансовых и экономических вопросах, отрицательно сказывалось на самом главном — оперативной деятельности комитета. Со временем это становилось все более заметным. Не один раз мы высказывали опасения по поводу складывающейся ситуации, предлагали пути выхода из нее, приводили аргументы, расчеты.

— И ситуация в конце концов изменилась?

— На одном из заседаний Совета безопасности Елбасы Нурсултан Абишевич Назарбаев дал поручение проработать восстановление ведомства в прежней форме и сути — самостоятельного министерства, но уже с соответствующими современным требованиям полномочиями. Больше года шла всесторонняя и тщательная подготовка документов, прежде чем они легли на стол президенту Касым-Жомарту Токаеву.

Реорганизация была сделана как нельзя вовремя. Да еще вышло по известной поговорке: «Не было бы счастья, да несчастье помогло» — в набирающую силу пандемию особенно отчетливо стало видно, что бактериологическую безопасность населения (наряду с радиационной и химической) в первую очередь должно обеспечивать Министерство по чрезвычайным ситуациям, оперативно и самостоятельно принимающее все нужные в данный момент решения.

На земле, на воде и в космосе

— Пандемия — напасть внезапная, неожиданная. Никто к ней оказался не готов. Но вот паводки. Они же ровно по весне случаются, из года в год. Почему они нас каждый раз врасплох застают?

— Не совсем так. Здесь нужно смотреть по каждому случаю конкретно. Нетрудно заметить, что сложные ситуации в основном возникают там, где не были проведены противопаводковые работы загодя и в полном объеме: не расчищались как следует русла рек, не отсыпались на нужном уровне дамбы, не делались в нужное время попуски воды из водохранилищ, не вывозился из населенных пунктов снег и так далее.

А вот другие примеры. Трудно сосчитать, сколько подтоплений сел и сельхозугодий происходило в казахстанской части бассейна реки Сырдарьи. Возведение же коксарайского контррегулятора сняло напряжение в водном балансе и возможные чрезвычайные ситуации вокруг Шардаринского водохранилища, а также дальше вниз по течению реки. Кроме того, увеличилась выработка электроэнергии Шардаринской ГЭС, стало возможным поддерживать уровень воды в Малом Арале.

Еще пример. Старожилы Целинограда хорошо помнят, какие беды приносили весенние разливы Ишима. Были случаи, когда дома в Чубарах стояли наполовину в воде. Зная это, уже на первом этапе строительства новой столицы Нурсултан Абишевич распорядился соорудить вокруг города защитную систему из накопителей поверхностных стоков. Кстати говоря, такие накопители стали потом появляться практически во всех регионах страны, где существовала угроза подтоплений населенных пунктов.

— Понятно, а какие организационные нововведения появились в последнее время?

— Тут два других важных момента. Во-первых, создана и успешно себя зарекомендовала система кризисных центров по всей вертикали ведомства. Теперь с помощью спутниковых каналов и видеосвязи можно объемно видеть чрезвычайную ситуацию и, конечно, ею управлять.

Во-вторых, совершенствуется система предупреждения чрезвычайных ситуаций и оповещения населения. К примеру, налажено взаимодействие с метеослужбой, их гидропостами, которые сигнализируют структурам МЧС о величине снежного покрова в потенциально опасных районах. За динамикой ситуации на водохранилищах следят подразделения Комитета водного хозяйства. Все это подкрепляется снимками со спутников, в других случаях — с дронов. О возникающих угрозах оповещается население. Мы уже привыкли, что предупреждающая информация приходит на наши мобильные телефоны, передается посредством телевидения и интернета, в сельских районах — по местному радио.

О тех, кто знает, как тебе помочь

— Владимир Карпович, спутники и дроны — это хорошо, в ногу со временем. Однако в огонь и в воду нас идут спасать пока не роботы, а люди. Соответствует ли уровень казахстанских спасателей необходимым требованиям?

— В абсолютном большинстве соответствует. Обучению и подготовке кадров сегодня уделяется достаточно внимания. Кокшетауский технический институт МЧС РК, где учатся будущие специалисты гражданской защиты, оснащен самым современным оборудованием, в нем преподают опытные и квалифицированные преподаватели. Кроме родного кокшетауского, наши ребята обучаются в специализированных высших учебных заведениях Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Минска и других.

Потом наши лучшие специалисты могут повысить свои знания и подготовку в Алматы, где находится постоянно действующий межгосударственный орган — Центр по чрезвычайным ситуациям и снижению риска стихийных бедствий. Он был создан как центральноазиатский чеэсный хаб, однако уже перешагнул региональные границы: сегодня сюда, например, приезжают за опытом и переподготовкой специалисты из закавказских стран.

Интересно, что поводом для его создания послужили исследования нашего Заилийского Алатау международными экспертами-экологами. Их прогнозы, в частности, показывали, что к середине ХХI века в этих горах не останется ни одного ледника. Потому что нулевая изотерма у нас поднялась вверх уже на 400 метров. То есть положительные температуры подошли к местам залегания ледников. Те в свою очередь стали быстрее таять, образуя все больше моренных озер. Не так давно мы наблюдали 14 особо опасных моренных озер, сейчас их количество увеличилось в несколько раз. Излишне, наверное, говорить, какую потенциальную угрозу они представляют, например, для Алматы, Талгара. Понятно также, что ускоренное таяние ледников — это будущее обезвоживание территорий, пожары и многие другие неприятные вещи.

Поэтому для квалифицированной подготовки специалистов ко всем вероятным стихийным бедствиям, их обучения грамотно и эффективно действовать в самых сложных ситуациях и был создан этот центр.

— Недавно прошедший климатический саммит в который раз констатировал необходимость снижать углеродные выбросы. Однако просто климат, без саммита, говорит нам также о том, что роль ведомств по чрезвычайным ситуациям во всем мире, в том числе и у нас, в Казахстане, будет только возрастать.

— Безусловно, здесь двух мнений быть не может. Поэтому уже сегодня нам надо быть на уровне тех задач, которые придется решать завтра.

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz