Казахстан
+22°
Boom metrics
ЗДОРОВЬЕ23 сентября 2022 4:01

Почём увечье от врача?

Новость о возможном повышении тарифов на медицинские услуги и смягчении наказания за врачебные ошибки вызвала у казахстанцев неоднозначную реакцию.
Ирина ПАЛЬЧИКОВА
Законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты по вопросам здравоохранения» вызвал много споров.

Законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты по вопросам здравоохранения» вызвал много споров.

Когда министр здравоохранения Ажар Гиният представила мажилису законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты по вопросам здравоохранения», казахстанцы разделились на тех, кто «за», и тех, кто «против». Причем, судя по статистике «КП», проводимой в соцсетях, «за» оказались не более 20 процентов. Люди категорически против того, что Минздрав предлагает смягчить наказание по статье 317 Уголовного кодекса РК — «ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей медицинским или фармацевтическим работником». Например, казахстанцы против такого нововведения «...за неумышленное причинение среднего и тяжкого вреда здоровью» снизить размер штрафа и срок ареста, равно как при тяжелом вреде здоровью или смерти пациента лишение свободы врачу заменить на ограничение с пересмотром сроков наказания.

Ажар Гиният привела статистические данные, согласно которым ежегодно по вышеуказанной статье в Казахстане возбуждается около 300 уголовных дел. Чаще всего их фигурантами становятся хирурги, акушеры-гинекологи, анестезиологи-реаниматологи. Несмотря на то, что, по словам министра, в 2022 году средняя заработная плата врачей увеличилась до 420 тысяч тенге, на сегодняшний день ее уровень не позволяет возместить причиненный здоровью пациентов ущерб самостоятельно. Поэтому уже со следующего года планируется внедрить страхование профессиональной ответственности медиков. Чиновница со ссылкой на международный опыт считает, что определять, сколько пациент потратил на лечение и какой ущерб его здоровью причинен, должны страховые компании.

«Это лучшие практики мира! В развитых странах страхование давно внедрено. 95% жалоб не доводится до суда», — поведала Ажар Гиният. И призвала лучших врачей в тюрьмы не сажать.

Какое отношение имеют к нам «развитые страны» и кто подразумевается под «лучшими врачами», чиновница не пояснила.

Ставки сделаны?

Руководитель МЗ предлагает размер страхового взноса определять с учетом степени ответственности медицинского работника на основании утвержденных тарифных ставок страхования профильного направления и заработной платы.

Предельный объем ответственности страховщика по страховому случаю рассчитан по аналогии с законом Казахстана «Об обязательном страховании ГПО владельцев транспортных средства». За вред, причиненный жизни или здоровью пациента и повлекший смерть, полагается 1 тыс. МРП (3 063 000 тенге); установление инвалидности первой группы — 800 МРП (2 450 400 тенге); установление инвалидности второй группы — 600 МРП (1 837 800 тенге); установление инвалидности третьей группы — 500 МРП (1 531 500 тенге); установление инвалидности ребенку — 500 МРП (1 531 500 тенге); увечье, травму или иное повреждение здоровью без установления инвалидности — в размере фактических расходов амбулаторного или стационарного лечения пациента — 300 МРП (918 900 тенге).

Шероховатости реформы?

По идее Минздрава, с 2023 года страховые взносы за своих сотрудников будут платить сами медорганизации. А с 2025 года сумму страховой премии планируют делить поровну между больницами с поликлиниками и самими врачами. Согласно приведенным подсчетам, ежегодно поликлиники должны будут выплачивать до трех миллионов тенге, а больницы — шесть-семь миллионов тенге. А чтобы это не било по бюджету медорганизаций, чиновники решили заложить новые расходы в тарифы медуслуг.

— Сами больницы будут платить через тарифы, — поясняет механизм оплаты страховых взносов Ажар Гиният. — Мы усиливаем финансирование через тарифы. При подсчетах на 0,3% повышается тариф из-за введения этой реформы.

При этом министр здравоохранения не исключает, что при реализации предложенной реформы возможны некоторые «шероховатости». Однако чиновница убеждена в необходимости ее проведения.

«Пусть авторы реформы на себе испытают свои идеи!»

Честно говоря, зная наши реалии, эти самые возможные «шероховатости» заранее пугают. Вот как оценили грядущие изменения в здравоохранении рядовые пациенты, опрошенные «КП» в соцсетях.

Халима Блялева Халимам: «Значит, можно и дальше залечивать, делать инвалидами и никакого наказания не будет?»

Гуля Сман: «Из-за врачебных ошибок многие люди пострадали, а какая медицинская организация признала свою вину? У них ответ один — «Мы сделали все, что могли». Никакой врач не признает свою ошибку из-за некомпетентности».

Natalya Gildebrant: «Еще доказать надо, что это врачебная ошибка. А покрывают они друг друга ого-го как!»

Лара Алексеева: «За смерть человека три миллиона? Они премии себе больше выписывают! А ребенку за инвалидность полтора миллиона?.. Какое же это днище — наша медицина! Пусть авторы этих компенсаций на себе испытают свои идеи!»

Протокольное отношение

Пока чиновники от медицины предлагают, а мажилисмены обсуждают важный законопроект в области здравоохранения, казахстанские пациенты живут в сегодняшних реалиях.

Екатерина Московцева возмущена тем, как оказали медицинскую помощь ее сыну.

— 27 августа мы поступили на скорой помощи в Центр детской неотложной медицинской помощи на улице Манаса, 40. Сыну Богдану Азалову поставили диагноз — «закрытый разгибательный чрезмыщелковый перелом левой плечевой кости со смещением». На следующий день ему сделали операцию, установили четыре спицы Киршнера перекрестно. 1 сентября его планово положили на повторную операцию по удалению спиц. В этот же день через несколько часов без обезболивания, без местной анестезии были удалены спицы не врачом-хирургом, а медсестрой. Ребенок позвонил мне в истерике от боли!

Но возникла и еще проблема. Екатерина спросила хирурга, почему у ее сына отсутствует чувствительность в мизинце. Врач успокоил, сказал, что через два-три месяца все восстановится. Однако после выписки из больницы обеспокоенная женщина все же решила показать сына невропатологу, но не в своей 9-й поликлинике — там нужно было ожидать приема специалиста полмесяца. Диагноз поверг маму мальчика в шок: «нейропатия локтевого нерва слева».

— Простыми словами, искривленные пальцы — безымянный и мизинец! Чувствительность мизинца нулевая вообще! Что это за хирурги, которые сразу не увидели, что есть нарушения, тем более, я предупреждала, что отсутствует чувствительность!

Кстати, по поводу того, что спицы удаляли наживую, маме маленького пациента заместитель главврача и заведующий 2-м отделением травматологии пояснили, что при этой процедуре по протоколу лечения не положено обезболивание. Так это или нет и есть ли вина хирурга в том, что пальцы у мальчика теперь искривлены, устанавливать специалистам.

Пока же спасибо и на том, что откликнулась администрация больницы: «Ваше обращение принято к рассмотрению. С уважением, администрация ЦДНМП». Управление здравоохранения города Алматы и местный исполнительный орган — акимат — традиционно отмолчались.

«Для чего эти многочисленные клиники?»

Сахипжамал Тлегенова рассказывает нам историю маленького пациента из с. Бейнеу Мангистауской области.

— У родственника трехлетний сын нечаянно повредил глаз, получил травму. Родители мальчика возили его в районный центр, в областной в Актау, но никто не предупредил их, что это очень серьезная травма и надо срочно везти малыша в более крупные клиники, квоту не дали. Родители молодые, мать сидит с новорожденным младенцем. Поехали они только через месяц, собрав деньги, в глазную клинику в Оренбург, где после обследования им сказали, что глаз пропал, объяснили, что операция и лечение у них длительное, обойдется очень дорого, и посоветовали обратиться в Астану, в казахстанские глазные клиники.

Стали обзванивать сначала крупные столичные клиники, потом частные, чтобы заранее записаться, ведь это экстренно, малыш остается без глаза! Везде получили отказ — нет, не смотрим, не делаем, не консультируем.

— Близко к себе не подпустили, хотя там врачи с 20-30-летним стажем и приемы их стоят от 8 до 20-30 тысяч тенге! — возмущена Сахипжамал. — Для чего они тогда — эти многочисленные клиники, если не можем обратиться туда с травмированным ребенком? Теперь что? Пусть ребенок останется инвалидом полуслепым? Ведь у него вся жизнь впереди! Конечно, может, и родители виноваты, что упустили время. Но даже эти несчастные деньги на поездку в Оренбург они собрали еле-еле... Ищем сейчас клинику, но непонятно пока, что получится. Время драгоценное уходит...

На этот крик о помощи остро отреагировали обычные граждане, поделились опытом, дали советы, куда лучше обратиться, кто-то даже организовал сбор средств на поездку в Алматы для консультации и лечения в помощь родителям малыша. Чужой беды, тем более, когда это касается ребенка, не бывает. Но вот чиновники, насколько нам известно, не отреагировали на эту беду никак...

Тем временем

Минздрав планирует отдавать больше госзаказов частным медицинским организациям (ЧМО). На днях об этом мажилисменов известила Ажар Гиният: «Минздрав РК будет отдавать больше госзаказов частным клиникам, чтобы они работали и тоже оказывали услуги».

И это в то самое время, когда не разработан механизм контроля за работой ЧМО. Лицензии-то и финансирование они получают, и оплаченных из ФСМС пациентов к ним прикрепляют, а вот вмешиваться в их работу, даже в случае жалоб так называемых бюджетников, не имеет права никто — ни УЗ, ни МИО. Парадокс? Скорее, непрофессионализм!

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz