Политики, далекие от экономики

Логично было бы предположить, что поиском ответа на него активно займется новый парламент.

Логично было бы предположить, что поиском ответа на него активно займется новый парламент.

Пиар костей не ломит...

Но пока народные избранники — особенно депутаты-неофиты — упражняются в самопиаре, делая по меньшей мере странные заявления. Особо отличилась на этой ниве общественная воительница (и по совместительству доительница кобылы) Каракат Абден — экс-кандидатка в президенты, ставшая депутаткой мажилиса от партии орала «Ауыл». Первым же своим публичным заявлением мажилисвумен анонсировала борьбу за чистоту генофонда нации — для чего она собирается реализовать «коронный номер» своей президентской программы — введение налога на браки казашек с иностранцами. Правда, вскоре ее коллега по «аульной» фракции Анас Баккожаев дал понять: чего хочет женщина — того не слишком хочет партия. «Нет, фракция этим не будет заниматься. Мы не заинтересованы, у нас другие приоритеты. Мы выдвигали совсем другие инициативы, более серьезные, и мы этим будем заниматься», — заверил журналистов депутат от сохи. Подробно останавливаться на «более серьезных инициативах» он не стал, однако счел нужным заметить: «Мы не запрещаем. У каждого депутата свое мнение. Каракат Абден говорила об этом, когда еще участвовала в президентских выборах. Позиция фракции — другая, позиция депутата — другая. Поэтому этот вопрос рассматривается во фракции».

Вот это, товарищи, не партийный подход! Где ж ваша внутрифракционная дисциплина? Как, позвольте спросить, «Ауыл» собирается помогать президенту поднимать жана-казахстанскую целину, если ее депутаты будут заниматься самодеятельностью? Впрочем, не исключено, что авторку нашумевшего бестселлера «Ты казашка, гордись!» ауыловцы изначально позвали к себе пиара ради, а не депутатской работы для. В конце концов, есть партия парламентского большинства Amanat с вполне себе конкретными программными целями в той же агроотрасли — зачем же кайф ломать серьезным людям?

...а отец за сыновей не отвечает?

А тут еще и весьма неоднозначная история с сыновьями другой звезды «Ауыла». На днях два наследника Жигули Дайрабаева осуждены условно на 5 и 6 лет за финансовые махинации. По идее, любой уважающий себя парламентарий в другой стране в таком случае тут же подал бы в отставку, чтобы спасти перед избирателями свое лицо и честь своей партии. Но... Вот как упомянутый выше депутат Баккожаев ответил акулам пера на вопрос «сдаст ли после этого Жигули мырза депутатский мандат?»: «Нет, он не будет сдавать депутатский мандат. Фракция уже по этому поводу сделала заявление. Мы не можем предъявить к нему претензии. Во-первых, его личность не упоминалась в деле. Во-вторых, он не имеет причастности к данному уголовному делу. В-третьих, его дети — взрослые, совершеннолетние граждане. Они сами должны отвечать за свои поступки. Они всю жизнь занимаются сельским хозяйством. Прекрасно знают, что в этой сфере существуют определенные риски. Дети сами должны были предусмотреть и отвечать за последствия». По просьбе журналистов г-н Баккожаев даже набрал при них виновника торжества, но тот не ответил...

То есть вторая по численности партия в парламенте открытым текстом дает понять: ее актив не готов отвечать даже за собственных детей, не говоря уже о чем-то большем. В общем, остается только радоваться, что «Ауыл» — не партия парламентского большинства, как бы формирующая правительство и вроде бы отвечающая за его действия.

За язык потянули

Хотя, говоря откровенно, партия победителей Amanat тоже не торопится демонстрировать высокую ответственность за судьбы Отечества. Вот на днях старо-новый Кабмин объявил о повышении предельных розничных цен на бензин и дизельное топливо до 211 и 295 тенге за литр, соответственно. А в минувшую среду депутаты заслушали министра энергетики Алмасадама Саткалиева. И депутат Бахытжан Базарбек с аманатовским партбилетом в кармане подверг только что назначенного члена правительства уничтожающей критике за... ответ не на государственном языке на заданный по-казахски вопрос. Это, конечно, серьезное нарушение закона, за которое с министров будет жесточайший спрос, — во всяком случае, г-н Базарбек продемонстрировал это со всей очевидностью.

А вот вопросы главе Минэнерго, что называется, «по предмету», вместо мажилисменов задавали журналисты уже после заседания. Медийщики, в частности, поинтересовались: чем объяснить удорожание горючки в нефтяной державе? И услышали в ответ: «На внутренний рынок добыча идет с практически отработавших свой срок месторождений. Нужны большие эксплуатационные и базовые затраты, в том числе капитальные — по бурению дополнительных скважин. И эта нефть будет с очень высокой себестоимостью». И это неудивительно. Ведь, по данным экспертов, нефтедобытчики поставляют «черное золото» Казахстана на внутренний рынок по $15-20 за баррель, тогда как себестоимость бочки выше вдвое с гаком. Откуда ж при такой политике возьмутся деньги на разведку и разработку новых залежей?!

«Наши цены на бензин не от мира сего»

Очевидно, что в обозримом будущем ситуация в топливном секторе не изменится. По словам одного из экспертов — бывшего советника министра энергетики Олжаса Байдильдинова, правительство вынуждено заниматься нерыночным ценообразованием, опасаясь социальной напряженности.

— В Казахстане действует приказ Министерства энергетики об утверждении предельных розничных цен на бензины марок Аи-80/92 и дизельное топливо. Данный приказ обеспечивает сдерживание роста цен на ГСМ для внутренних потребителей и носит сугубо социальный характер, поддерживая как население страны, так и обеспечение экономики в целом, — писал он в мартовской колонке для делового издания «Курсив». — Но данным послаблением на протяжении многих лет активно пользуются транзитные грузоперевозчики наших соседей и отечественные дельцы, поставившие на поток вывоз дешевого казахстанского топлива на рынки России, Кыргызстана и Узбекистана, где цены на ГСМ в среднем на 100 тенге выше.

Самое интересное, что в правительстве это прекрасно понимают и даже говорят об «угрозе энергетической безопасности страны». Но защищают эту безопасность все тем же оружием — минэнерговским приказом о потолке розничных цен — разве что потолок этот становится чуть выше. Между тем стоимость горючки у соседей стремительно взлетает, делая внутриказахстанский топливный рынок, по выражению г-на Байдильдинова, «дырявым ведром».

— Сколько бы мы ни производили ГСМ, они все равно будут утекать за границу, а нам будет их не хватать. По факту Казахстан уже многие годы субсидирует перевозку фруктов, овощей и других товаров между странами СНГ, — констатирует эксперт.

Другой известный экономический аналитик — Алмас Чукин — еще прошлым летом поставил неутешительный диагноз тому, что политкорректно именуется «государственным регулированием экономики». В одной из прошлогодних «хроник» я уже цитировал слова специалиста, но, кажется, сегодняшняя ситуация вынуждает вернуться к этой цитате: «Цена — это термометр в экономике. Если она растет, то в нормальной рыночной экономике это сигнал производителю увеличивать производство того или иного товара или услуги. Постепенно спрос и предложение приходят в баланс, и цена снижается. У нас обычно так не работает. Взять наши цены на бензин. Они не из мира сего. Про них рассуждать бесполезно. Они дотационные и никакого отношения к экономике не имеют, у нас социально-политические цены. Или взять сжиженный газ. Рост цен на него стал искрой, которая зажглась в «январских событиях». Говорим дефицит газа, а откуда он возьмется!? Государство регулирует цену, держит ее на низком уровне. Кто будет себе в убыток заниматься его добычей?»

Между гибельным и неприятным

Поэтому государство вынуждено прибегать к полумерам, по копейке наращивая розничные цены и продолжая нагибать производителей бензина, солярки и сжиженного газа, чтобы те в убыток себе закрывали растущие, как на дрожжах, потребности внутреннего рынка. Доходит до того, что нефтяная и газовая страна Казахстан вынуждена докупать в соседней нефтяной и газовой стране России по рыночным (!) ценам все более внушительные партии топлива, отпуская их автозаправочным сетям по демпинговым расценкам...

Вот тут-то и возникает «синдром дырявого ведра»: заправщикам выгоднее «сливать» это топливо в соседние страны, в основном, в ту же Россию, где оно стоит значительно дороже. За пару дней до смены министерского кресла на стул советника президента прежний рулевой Минэнерго Болат Акчулаков заявлял: поскольку розничные цены на топливо регулируются лишь на пистолете автозаправки, постольку зачастую оно, «не доходя туда, уже продается другим потребителям». И такая картина, судя по всему, сохранится и после нового «потолочного» приказа, вступившего в силу с прошлой пятницы. Ведь диспаритет цен с соседями (в России, Кыргызстане и Узбекистане оно дороже в среднем наполовину) никто пока не отменял и вряд ли отменит до 2025 года, когда должен заработать единый топливно-энергетический рынок ЕАЭС, грозящий сделать «главную» отрасль отечественной экономики неконкурентоспособной...

Чем это грозит — долго объяснять не надо: реки дешевого бензина, утекающие за рубеж, в считанные годы сведут на «нет» потенциал развития экономики, уже в этом году дефицит топлива может достичь 850 тысяч тонн, как сообщил на днях г-н Акчулаков. Если этот дефицит сохранится в обозримой перспективе, то темпы и объемы работ на стройплощадке объекта Новый Казахстан существенно снизятся. То есть правительству рано или поздно предстоит неизбежный выбор между гибельным для экономики госрегулированием и неприятным с точки зрения социальных последствий отказом от него.

О том, чем в этот момент будет занят наш «влиятельный и ответственный» парламент, можно только догадываться...

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz