Несгораемый аким

Первый: как под носом у многочисленных контролирующих органов в оживленном районе...да что там, почти в центре крупнейшего мегаполиса страны, открылась и работала с вопиющими нарушениями норм безопасности ночлежка (сейчас такие величают модным словечком «хостел»)?

Первый: как под носом у многочисленных контролирующих органов в оживленном районе...да что там, почти в центре крупнейшего мегаполиса страны, открылась и работала с вопиющими нарушениями норм безопасности ночлежка (сейчас такие величают модным словечком «хостел»)?

По горячим следам ЧП главный спасатель города Нурлан Атыгаев заявил: постоялый двор работал на цокольном и первом этажах, где по закону запрещено селить людей. «Цоколь», а проще говоря, подвал предназначен лишь для складов и других вспомогательных помещений, в крайнем случае — для кухни. Больше того, как выяснилось, в жилых комнатушках, где обитали от 3 до 5 постояльцев, не было розеток. Электричеством жильцы пользовались с помощью протянутых из коридора удлинителей. Каковые, не заморачиваясь, подключали «змейкой» — один к другому.

Знали ли об этом функционеры городского департамента ЧС и другие ответственные за это лица, дававшие разрешение открыть злосчастный хостел? Видел ли кто-нибудь из них хоть одним глазком, как все устроено... а вернее, как все неустроенно в этой самой трехэтажке и в других, ей подобных? А ведь в такие хостелы (их в Алматы свыше 250 штук только зарегистрированных) сегодня селят даже иногородних студентов по договорам вузов с акиматом! К слову, первой акиматовской реакцией на смертоносный пожар стало заверение: в этот хостел приезжих студентов не заселяли.

Если городские чиновники ничего не знали, то должны — не взирая на чины и лица! — схлопотать неполное служебное соответствие за элементарное невладение ситуацией. А если знали и закрывали глаза на творящийся бардак, то место им — в СИЗО рядышком с арендатором злосчастного хостела.

На этот вопрос, «кто виноват?», как нам сейчас обещают, ответит следствие, но, зная страну, в которой мы все давно живем, можно уже сейчас предположить, как все было на самом деле: кто-то кому-то сколько-то занес — и ночлежка гостеприимно распахнула двери перед неиссякаемым потоком желающих увидеть их или покорить полную богатств и прочих соблазнов южную столицу.

А если мы окажемся правы в своих предположениях, то сразу захотим поинтересоваться: что теперь делать с самым ответственным за всех ответственных лиц, отвечающих за жизнь «города золотого под небом голубым», то есть с акимом Алматы? И вот это вопрос, конечно, интересный. С одной стороны, президент Токаев отреагировал в тот же день в свойственной ему решительно-дипломатичной манере: «Виновные в трагедии будут привлечены к ответственности по закону. Правительству и акимату поручено оказать помощь семьям погибших и пострадавших». С другой, градоначальника этот «красный петух», судя по всему, не клюнет. Хотя именно он в конечном итоге по закону отвечает за все происходящее в городе если не головой, то креслом.

Но если взглянуть с третьей стороны, то следует признать: сегодняшний рулевой Алматы на своем тернистом пути сначала в бизнесе, а потом и во власти (которую, похоже, считал и считает самым рентабельным из всех бизнесов) попадал в куда более серьезные — с аппаратной колокольни — передряги. Давайте вспомним основные вехи карьеры Ерболата Досаева.

Сначала он вместе с друзьями-сооснователями фирмы «Акцепт» неплохо заработал на электронных таможенных декларациях. Accept Corporation получил эксклюзивное право на электронные копии таможенных деклараций сроком на 5 лет по цене не менее 56 долларов за экземпляр. Длились эти «приключения электроника» с 1997 по 1999 год, когда соглашение было расторгнуто по инициативе государства. Тогда глава Комитета по информатизации Абен Бектасов и председатель Таможенного комитета Бердибек Сапарбаев зашли к президенту Назарбаеву и, как уверяли после злые языки, доложили ему: мол, акцептовская система работает на государство «не на все сто процентов». В числе же тех, на кого она работает с полной отдачей, вроде бы, был назван нынешний алматинский градоначальник.

И что же? — испросите вы. А ничего для Ерболата Аскарбековича серьезного, если, конечно, не считать назначения его через несколько лет министром здравоохранения. Как сказал тогда, комментируя это свое кадровое решение, Нурсултан Назарбаев, задача Досаева — «привести в здравоохранение деньги». И здесь с нашей медициной случился нешуточный скандал — история с заражением шымкентских младенцев ВИЧ. Случилось это в 2005-м, но родители младенцев

узнали правду только в следующем году. Выяснилось, что детишкам врачи переливали кровь бомжей из сегодняшнего города-миллионника, взятую у них практически даром, оформляли донорство по гос-расценкам. А разницу клали себе в карман. Конечно, глава Минздрава Досаев мог и не знать об этой финансовой схеме. Как и о том, что закупленная возглавляемым им министерством вакцина на 250 с гаком миллионов бюджетных тенге элементарно просрочена. А мог и... Как бы то ни было, к выполнению назарбаевского поручения он подошел, мягко говоря, своеобразно...

Несколькими годами позже финансовые методы подхода г-на Досаева проявились в еще одной нашумевшей истории — с дырявыми трубами на нефтяном месторождении Кашаган. 11 сентября 2013 года на Кашагане началась добыча нефти, но уже 24 сентября во время плановой проверки трубопровода обнаружили утечку сероводорода. В результате аварии остаточный газ направили и сожгли на факельных установках наземного и морского комплексов. Работы по добыче нефти приостановили, вновь скважины открыли уже после ремонта — 6 октября. Но спустя три дня плановая проверка снова показала следы утечки газа. Добыча нефти вновь прекратилась. Причиной послужило растрескивание трубопровода под воздействием сульфидных соединений. Спрашивается, каким боком к этому причастен Досаев? Сам он — тогдашний министр экономики — опроверг причастность своей фирмы «Ерсай Каспиан Констрактор» (созданной совместно с другом детства и партнером еще по Акцепту ныне покойным Нурланом Каппаровым) к кашаганской аварии. Видимо, по независящему от него стечению обстоятельств именно компания «Ерсай» участвовала в нанесении защитного покрытия при строительстве трубопровода на Кашагане.

Результат: ввод в строй крупнейшего нефтяного месторождения отложили на длительное время, а Ерболат Аскарбекович продолжил впечатляющую государственную карьеру. К штурвалу большого и весьма хлопотного в управлении корабля южной столицы Ерболат Досаев пришел с поста председателя Нацбанка. В качестве финансового регулятора он подложил городу, которым позже был командирован управлять, внушительных размеров свинью — организовал переезд Нацбанка в Астану. Это, как и предупреждали знающие люди (в частности, из Ассоциации финансистов Казахстана), сильно ударило по Алматы, снизив ВРП города, налоговые поступления в местную и республиканскую казну, а также изрядно уронив стоимость квадратного метра жилья (по этому параметру южная столица традиционно опережала главный город страны).

А теперь скажите, положа руку на сердце: может ли небольшой (всего-то на трех десятках квадратных метров) пожар — пусть и с человеческими жертвами! — помешать выдающемуся бизнесмену от политики (ну, или политику от бизнеса, если угодно) управлять богатейшим городом нашего бедного Отечества?

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz