Махнем не глядя
Открытый источник
Помните песню из кинофильма «Щит и меч», где есть такие слова: «Что пожелать тебе сегодня перед боем? Ведь мы в огонь и дым идем не для наград. /Давай с тобою поменяемся судьбою. /Махнем не глядя, как на фронте говорят»?
Об этом обычае - «махнем не глядя» - рассказывали мне многие фронтовики. Один из них даже показывал часы, которые вот так, «махнув не глядя», он получил от американского солдата в конце войны во время знаменитой встречи на Эльбе.
Причем при таком обмене стоимость не играла никакой роли, суть сводилась к тому, чтобы довериться судьбе. Ведь никто не знал, что получит в обмен на свою вещь, и это интриговало...
Чаще всего солдаты обменивались часами, но, бывало, и сапогами, а порой играли «карман на карман», естественно, не зная о его содержимом. И, как вспоминали ветераны, проигравший никогда не жалел о такой потере, веря, что значит повезет в следующий раз.
Говорят, традиция «махнем не глядя» как массовое явление появилась на фронте во время боев под Сталинградом, то есть, начиная со второй половины 1942 года. Как известно, бои там были особенно ожесточенными, средняя продолжительность жизни солдат не превышала и трех дней, поэтому соблазн «поменяться судьбой» был особенно велик.
Интересно, что в качестве обмена в игре «махнем не глядя» зачастую фигурировали солдатские медальоны. Как рассказывал мне доктор исторических наук Павел Белан, многие бойцы старались их не носить, считая, что они притягивают смерть.
Солдатский медальон - это металлическая или деревянная капсула, внутри которой находился листок бумаги с личным номером, а иногда с фамилией и группой крови военнослужащих. Но бойцы нередко использовали бумагу на самокрутки, а в капсуле, которую они называли «смертным медальоном», хранили иголки или спички.
Надо сказать, что эти медальоны приказом Сталина были отменены как раз во время Сталинградского сражения, потому что руководство посчитало, что для идентификации павших достаточно красноармейской книжки. Именно тогда уже ненужные капсулы стали активно, «не глядя» обменивать на что-то другое. Ведь каждому хотелось остаться живым в той кровавой войне, каждому хотелось дожить до Победы и вернуться домой, вот и пытались бойцы обмануть судьбу.
***
Как-то на одном из мероприятий, связанных с очередной годовщиной Сталинградской битвы, услышала такой разговор: дескать, понятно, почему советские солдаты были такими героями, их же перед боем спиртом накачивали. Когда я рассказала об этом участнику тех боев, фронтовику Леониду Юзефовичу Гиршу, он был глубоко оскорблен подобным заявлением.
- Это неправда! Никогда пьяными мы в бой не ходили, хотя фронтовые сто граммов, их еще называли наркомовскими, выдавались каждый день. Но только после боя, чтобы снять стресс, помянуть погибших друзей, а зимой еще и согреться, - пояснил мне Леонид Юзефович.
Открытый источник
Об этих фронтовых ста граммах я слышала и от отца, который тоже прошел войну с первого и до последнего дня, и эта традиция - поднимать стопку в День Победы за погибших друзей - свято им соблюдалась до последних дней жизни. Отец рассказывал, что ежедневный водочный паек был введен в армии еще до начала Великой Отечественной, в 1940 году, во время советско-финской войны, которая, как известно, велась на севере страны зимой, когда морозы доходили до 40 градусов, поэтому отмечалось массовое обморожение солдат. Чтобы отогреться, больным бойцам в госпиталях в качестве лекарства давали выпить разведенного спирта.
Вот тогда фронтовые медики и обратились к наркому обороны Клименту Ворошилову с просьбой ввести в ежедневный рацион солдат и офицеров сто граммов водки для профилактики переохлаждений и обморожений. Такая доза не могла вызвать сильного опьянения, а вот солдатам помогла бы. Кроме того, к этим фронтовым ста граммам добавлялись еще и пятьдесят граммов сала. После этого и родились ставшие знаменитыми выражения «ворошиловский паек» - пятьдесят граммов сала и «наркомовские сто грамм».
Причем танкистам норма была удвоена, потому что они длительное время находились в холодном танке, а летчикам водку заменили коньяком. Тогда специально для фронта стали изготавливаться стограммовые бутылочки, которые в народе прозвали «мерзавчиками». А когда началась Великая Отечественная, водку солдатам стали выдавать уже летом, в июле 1941 года: слишком жестокими и тяжелыми были бои, слишком много было потерь, и теперь бороться приходилось не с морозами, а со стрессом.
- Война - вещь жестокая, - вспоминал Леонид Гирш, - я видел, как плакали крепкие мужчины. Идешь в атаку и думаешь: сейчас как даст пулемет - и в сердце. Мы постоянно были в состоянии стресса, потому что видишь: вот рядом кого-то убило или тяжело ранило… Вот голова чья-то лежит, нога, рука оторванная… И в такой кровавой круговерти мы находились месяцами!
Поначалу водку получали только войска первой линии, непосредственные участники боев. Хотя во время Сталинградской битвы фронтовые сто граммов выдавались всем: и тем, кто наступал, и тем, кто оборонялся. Причем тыловикам и раненым полагалось не по сто, а по пятьдесят граммов в день. А после Курской битвы в конце августа 1943 года водку стали получать части НКВД и железнодорожные войска.
Леонид Юзефович рассказывал и о том, что на фронте родилась еще одна традиция: «обмывать» ордена и офицерские звания.
- Помню, в мае 1943 года, когда мне вручили второй орден Красной Звезды и присвоили офицерское звание младшего лейтенанта, мы это дело «обмыли». Хозяйка хаты, где мы квартировали, накрыла на стол, и вскоре передо мной стоял граненый стакан, на дне которого светилась моя первая офицерская звездочка.
Вместе с тем утверждать, что войну выиграли «по пьянке», по меньшей степени несерьезно: пьяная армия недееспособна по определению. Более того, как рассказывали мне фронтовики, иногда на передовой предлагали спиртное и перед боем, и молодые, необстрелянные солдатики пили. Но они-то в первую очередь и погибали. А «старики» знали, что водка - плохой помощник в бою, потому что человек расслабляется, теряет ориентиры, он не в состоянии правильно оценить обстановку.
…В фильме Леонида Быкова «В бой идут одни «старики», который признан лучшим фильмом о войне всех времен и народов, есть эпизод, когда после боя, потеряв друга, летчики в память о нем подняли стаканы, поставив один на стол и накрыв его ломтиком хлеба - своего рода поминальная чаша. Светлая память всем погибшим в те героические и кровавые военные годы!