Через тернии к звездам, или Эвакуированная астрономия
Известный пулковский астрофизик, член-корреспондент Академии наук СССР Гавриил Адрианович Тихов. Открытый источник
Его история началась в самое тяжелое время 1941 года, когда бои велись на подступах к Москве. Тогда в далекой от войны Алма-Ате оказались астрономы из обсерваторий Москвы, Ленинграда и других городов, чтобы наблюдать редкое для науки явление - полное солнечное затмение, которое пришлось на 21 сентября и вошло в историю необычным образом.
Как считает доктор физико-математических наук, профессор Астрофизического института имени В. Г. Фесенкова Виктор Тейфель, именно эту дату - 21 сентября 1941 года - можно считать днем рождения научной астрономии в Казахстане.
Подарок судьбы
- Почти за год до этого события астрономы из ряда обсерваторий страны начали готовить экспедиции, чтобы понаблюдать редкое астрономическое явление - через Алма-Ату проходила полоса полного солнечного затмения, - рассказывает Виктор Германович. - Последнее полное солнечное затмение, которое можно было наблюдать в Советском Союзе, произошло в 1936 году. Потом в 1945-м, но полной фазы у нас уже не наблюдалось, так как полоса проходила южнее СССР.
Сейчас меньше ажиотажа вокруг полных солнечных затмений, потому что есть возможность наблюдать солнечную корону со спутников, а в те времена это было очень важное событие в научном плане - сделанные тогда многочисленные снимки дали возможность составить полное представление о структуре солнечной короны.
В Алма-Ату намеревались приехать 28 экспедиций, но началась война, и количество приехавших, естественно, сократилось. При этом мне хотелось бы особо отметить, что, несмотря на трудности военного времени, правительство выделило все запланированные средства на организацию экспедиций. Более того, Академия наук СССР получила директиву не прекращать ведущиеся фундаментальные исследования, хотя, казалось бы, какой «экономический эффект» можно ожидать от солнечного затмения! Но тогда в Алма-Ату съехались ведущие ученые страны. Например, приехал один из крупнейших астрономов советского периода, известный пулковский астрофизик, член-корреспондент Академии наук СССР Гавриил Адрианович Тихов.
В своей автобиографической книге «Шестьдесят лет у телескопа» он пишет: «Экспедицию решили совместить с эвакуацией туда же, в этот южный город, куда отправлялось множество заводов, фабрик, учебных заведений и разного рода учреждений. Пулково получило один классный вагон и один товарный. Первого августа они оба отправились в путь. Ехали до Алма-Аты 20 суток, и с 21 августа 1941 началась моя алма-атинская жизнь».
Вместе с пожитками и оборудованием из Пулково был привезен так называемый Бредихинский астрограф, установленный в этой знаменитой обсерватории еще в 1905 году на деньги известного ученого Федора Александровича Бредихина. На нем 66-летний Тихов продолжал наблюдать небо, теперь уже казахстанское.
Приехал в Алма-Ату и академик Василий Григорьевич Фесенков, астрофизик с широким кругом интересов, прекрасный организатор. В общем, в начале войны в Алма-Ате появился весьма мощный коллектив известных астрономов. И хотя их пребывание в «городе яблок» мало чем отличалось от обычной эвакуации, после окончания войны не все покинули гостеприимный город.
Василий Григорьевич Фисенков - советский астроном, один из основоположников астрофизики.
Южное небо привлекло внимание «северян», и, естественно, возникла идея создания астрофизической обсерватории в предгорных окрестностях Алма-Аты. Уже через несколько дней после затмения в Совнарком Казахской ССР поступила составленная Фесенковым обстоятельная записка, где обосновывалась целесообразность создания в Алма-Ате Казахстанского НИИ астрономии, физики и геофизики.
Так на четвертом месяце войны в глубоком тылу появился новый научно-исследовательский институт, директором которого стал Василий Григорьевич Фесенков. Штат института формировался из приехавших сюда специалистов. Практически это был цвет астрономической науки советской страны. В число сотрудников, кроме того, вошли профессора и преподаватели Казахского государственного университета.
В 1950 году институт разделился на Физико-технический и Астрофизический с горной астрономической обсерваторией. А при Президиуме Академии наук КазССР был создан Сектор астроботаники, возглавляемый Тиховым.
Надо сказать, что добираться в сороковые годы до Астрофизического института на Каменском плато было нелегко: грузопассажирские фургоны ездили лишь до моста, и от остановки приходилось идти пешком четыре километра вверх. Однако это никак не влияло на тот энтузиазм, с которым небольшой тогда коллектив сотрудников вел исследования по самым разным направлениям - от изучения оптических свойств земной атмосферы до наблюдений Солнца, звезд и галактик.
Кстати, Тихов и Фесенков вместе с известным казахстанским геологом Канышем Имантаевичем Сатпаевым стали основателями сначала Казахстанского филиала Академии наук СССР, а затем и Академии наук Казахской ССР.
И на Марсе будут яблони цвести?
Место для будущей обсерватории нашел Василий Григорьевич Фесенков на одном из «прилавков» у северных отрогов Заилийского Алатау. Город тогда был маленький, и особых помех для наблюдений звезд не было. Кстати, астрономы всегда стремились как можно южнее строить обсерватории, чтобы хотя бы частично наблюдать и южное небо, потому что из Пулковской обсерватории, например, южные созвездия особенно не понаблюдаешь, а здесь они были видны.
Гавриил Адрианович Тихов установил привезенные из Пулкова телескопы в верхней части Алма-Аты у городской метеостанции. Сейчас это центр города, Казгидромет, который расположен на возвышении, напоминающем Пулковские высоты. Там стоял тот самый Бредихинский астрограф и был построен дом. В нем размещалась квартира Гавриила Адриановича, лабораторные помещения, его библиотека.
Позже, в конце 50-х годов, рядом построили еще один лабораторный домик, и этот участок считался городской обсерваторией. Как вспоминал Виктор Тейфель, после смерти Гавриила Адриановича в 1960 году, когда Сектор астроботаники расформировали, в башне, где стоял Бредихинский астрограф, студенты организовали народную обсерваторию.
Сам телескоп увезли назад в Пулково, а Алматинское общество «Знание» выделило небольшой цейсовский телескоп, и любители астрономии несколько лет вели там наблюдения звездного неба. Но постепенно оборудование этой обсерватории растащили местные жители, а дом якобы по распоряжению Академии наук было решено снести.
Хотя Тейфель, да и не только он, считает, что его нужно было сохранить для истории. Ведь уже строились планы по созданию на этом месте мемориального комплекса, планировалось там же построить планетарий, которого до сих пор в Алматы нет, но чиновников это, видимо, не волновало, и где-то в конце 80-х годов дом Тихова снесли. «Вы не поверите, но развалины его просуществовали 16 лет!» - говорит Виктор Германович.
Как известно, имя Тихова связывают с открытием растительности на Марсе, и сделано это было у нас в Алма-Ате в годы войны. Сам Гавриил Адрианович часто выступал с лекциями на эту тему.
Я помню, мне рассказывала моя мама, которая в годы войны была студенткой КазГУ, лекции Тихова были потрясающе интересны! В зал Академии наук, которая тогда располагалась на улице Кирова, невозможно было пробиться - столько народу собиралось, чтобы послушать известного ученого. Поразительно - шла такая страшная война, а ученые мечтали о глубоком изучении космоса!
«Дело в том, что в те годы многие ученые были убеждены - темные пространства, так называемые «моря» на Марсе, которые меняют окраску в зависимости от времени года, покрыты растениями. Но это подвергалось сомнению, поскольку условия на этой планете уж слишком суровы - очень низкие температуры, большая разреженность атмосферы, почти нет кислорода, избыток углекислого газа, - поясняет астроном. - Основным доводом против существования жизни на Марсе было то, что в спектре тех его мест, где предполагалась растительность, нет полосы поглощения хлорофилла. А, следовательно, нет и самой растительности.
Однако Гавриил Адрианович доказал, что растения могут приспосабливаться к самым экстремальным климатическим условиям. Организмы эти получили название экстремофилов, их находят сейчас и на Земле в самых разных местах - подо льдом Антарктики, высоко в атмосфере и даже в ядерных реакторах! Полученные результаты означали, что в принципе на Марсе растения могли и быть».
Позднее одну из своих научно-популярных книг Гавриил Адрианович назвал «Астробиология», и этот термин получил мировое признание. Кстати, сейчас астробиологические исследования интенсивно развиваются в США, причем их методология во многом сходна с предлагавшейся Тиховым.
Хотя, по мнению Виктора Тейфеля, главное, что сделал в своей жизни Гавриил Адрианович, связано не с астроботаникой - в первую очередь, он был астрофизиком, причем, еще с дореволюционных времен. В этой области им сделано много серьезных открытий. Тихов много лет занимался изучением различных небесных тел, особенно планет, а также разработкой новых методов их исследования.
А в Алма-Ате Сектор астроботаники под руководством Гавриила Адриановича занимался проблемами существования жизни на других планетах. Проводились наземные эксперименты и исследования, целью которых было проверить выдвинутую Тиховым идею оптической приспосабливаемости растительных организмов к суровым условиям того же Марса. Конечно, сегодня можно свысока судить о технической стороне тех исследований военной поры, хотя уже применялась и электронно-оптическая аппаратура, тем не менее, это был толчок, который дал направление современным астробиологическим исследованиям.
«Звездные часы» казахстанской астрономии
Тогда, в тяжелые для страны военные годы, государство, по словам Тейфеля, с уважением относилось к фундаментальной науке. Было понимание, что такая наука нужна, и, хотя речь еще не шла об освоении космоса, в этом направлении уже работали Фридрих Цандер, Юрий Кондратюк, Сергей Королев, Валентин Глушко, которые занимались ракетной техникой.
Открытый источник
Что касается астрономии, то она была популярна как возможность нашего познания Вселенной, чтобы понять, какое место мы в ней занимаем. Надо сказать, что этот вопрос интересовал и Василия Григорьевича Фесенкова, который, как говорят, был универсальным ученым, потому что занимался буквально всеми астрономическими направлениями, начиная от оптики земной атмосферы и заканчивая проблемами строения Галактики.
Кстати, это и определило направленность Астрофизического института, где были созданы отделы атмосферной оптики, астрофизики, где занимались изучением звезд и туманностей, потом стали создаваться лаборатории, появился отдел звездной динамики, в 70-м году была создана планетная лаборатория.
«А в послевоенные 50-е годы мы получили 50-сантиметровый менисковый телескоп - детище известного ленинградского конструктора оптических приборов Дмитрия Дмитриевича Максутова, - рассказывает Виктор Тейфель. - Тогда это был один из крупнейших телескопов такого типа, который обеспечивал высокое качество изображений, благодаря ему было получено огромное количество снимков звездного неба, комет, галактических и внегалактических объектов. Вскоре по ним был составлен первый в мире атлас газопылевых туманностей. Это было очень большое достижение, после этого газово-пылевые туманности начали активно изучаться астрономами во всем мире. А пионерами в этом были казахстанские астрономы.
Позже в районе Большого Алматинского озера была создана корональная станция с телескопом нового поколения «Лио», дающим возможность фотографировать внутреннюю, наиболее яркую часть солнечной короны. В дальнейшем там же был установлен горизонтальный солнечный телескоп. Наблюдения Солнца проводились и с помощью хромосферно-фотосферного телескопа.
На Каменском плато в 1964 году был смонтирован 70-сантиметровый, изготовленный в Ленинграде еще по заказу Тихова, телескоп для наблюдений планет. Ведь Тихов мечтал о создании в Алма-Ате планетного института. Новый телескоп дал новые возможности для планетных исследований, исследований галактик, наблюдений искусственных спутников.
Недалеко от Алматы на Ассы-Тургенском плато, где природой создано уникальное место для астрономических исследований - отсутствие городской подсветки, безветренные ночи, хорошая прозрачность и спокойствие атмосферы, еще в советское время начала создаваться новая уникальная по своим возможностям обсерватория.
Как вспоминает Виктор Тейфель, в конце 70-х годов был получен метровый телескоп, который был установлен в Ассы-Тургенской обсерватории. Правда, первоначально предполагалось установить его в районе Большого Алма-Атинского озера, но, учтя лучшие астроклиматические условия на Ассы-Тургенском плато, проект слегка переделали, и башню телескопа высотой более 20 метров построили на плато.
Открытый источник
Позднее институт заключил договор с Ленинградским оптико-механическим объединением на изготовление и поставку телескопа с большим диаметром зеркала - 1,5 метра. К сожалению, судьба полутораметрового телескопа оказалась не столь счастливой, как его метрового предшественника. Уже почти смонтированный телескоп более десятка лет простоял без дела, так как в период развала Союза завершить все монтажные работы было некому и не на что. К счастью, сегодня Ассы-Тургенская обсерватория, как говорится, в строю, и активно занимается изучением звездного неба.
Кроме того, выше Большого Алматинского озера Государственный астрономический институт имени Штернберга построил свою обсерваторию тоже с метровым телескопом. После развала Союза она перешла в собственность республики, и сейчас там тоже ведутся наблюдения.
Надо сказать, что современная астрономия уже заглянула в космос на миллиарды световых лет. Ученые стремятся как можно дальше проникнуть в глубины Вселенной, чтобы понять, где же ее начало. Ведь считается, что Вселенная возникла в результате Большого взрыва. В этих исследованиях принимают участие и казахстанские астрономы, которые ведут фундаментальные исследования, связанные с космологией, со строением Вселенной, с теорией Большого взрыва, с так называемыми сейфертовскими галактиками с активными ядрами. Причем эта работа имеет достаточно большой международный резонанс.
Кроме того, много лет успешно ведутся наблюдения за перемещением искусственных спутников, ведь надо знать, где какой спутник находится. Для этого составляются специальные каталоги. Это чисто прикладное направление, правда, оно имеет и некоторую астрофизическую составляющую.
А, например, лаборатория физики Луны и планет Солнечной системы под руководством Виктора Тейфеля начиная с 60-х годов стала активно изучать планеты-гиганты.
При этом надо особо отметить, что в этом году, когда лаборатории исполнилось 50 лет, ее, к большому огорчению ученых, ликвидировали, а это, по их мнению, затормозит начатые ранее программы, что в свою очередь негативно скажется не только на самой отечественной астрофизической науке, но и на ее международном имидже, ведь работы казахстанских астрономов были хорошо известны за рубежом.
- Мы были координирующим центром в Союзе, а затем, пожалуй, единственные в СНГ, кто занимался изучением планет-гигантов. И надо сказать, не безуспешно, нас знали и в международном сообществе, - сообщает Виктор Тейфель. - Планеты-гиганты интересны тем, что это своего рода естественные лаборатории, где можно наблюдать вещество в таких состояниях, которые на Земле невозможно воспроизвести. Например, в недрах Юпитера давление составляет десятки тысяч атмосфер, при этом газообразный водород переходит в металлическую фазу.
В конце 60-х - начале 70-х годов наша лаборатория делала разработки по задачам исследований планет-гигантов для московских космических организаций. Было время, когда Россия ограничилась Венерой и Марсом, но сейчас их интерес все больше обращен на Луну.
Во-первых, на Луне неограниченные запасы гелия-3, который может быть топливом для будущих термоядерных реакторов. Кроме того, на Луне можно построить прекрасную обсерваторию. Кстати, мы давно предлагали Казахстану выступить с инициативой - запустить планетный телескоп в космос для постоянного мониторинга планет, на Земле такой мониторинг невозможен из-за облачности и других помех от нашей атмосферы. А наблюдать планеты необходимо хотя бы затем, чтобы понять причины изменения климата на Земле. Это тоже в какой-то степени прикладное значение астрономии.
Хочется надеяться, что и наше казахстанское «окно в космос» все-таки не захлопнется, а будет становиться все шире, открывая пути к получению новых знаний о Вселенной.