История елки
Фото архив газеты «Вечерняя Алма-Ата», фонд ЦГА КФДЗ
Хотя на самом деле вокруг новогодних торжеств, имеющих многовековую традицию, шумели нешуточные идеологические баталии.
Царские забавы
Петр Великий, прорубив окно в Европу, «украсил» его еще и елочными гирляндами, повелев отмечать наступление нового года 1 января, а не осенью, как было раньше. Государь, стремясь сделать Россию европейской державой, решил, что необходимо реформировать календарь и внедрить празднование Нового года по европейскому образцу, повелев вести летоисчисление не от сотворения мира, а от Рождества Христова, поэтому после 7208-го в Россию пришел 1700 год.
Правда, елок в каждом доме тогда не было - украшать жилища предлагалось ветвями хвойных деревьев - сосны, ели, можжевельника. А чтобы народу было понятнее, как это надо делать, образцы праздничных фасадов специально были выставлены в Гостином дворе.
В новогодние праздники в Москве целую неделю стреляли из пушек и ружей, устраивали иллюминацию. Горожане ходили друг к другу в гости и устраивали застолья.
При Екатерине II Новый год приобрел более широкий размах - после новогодней литургии устраивались маскарады, куда приглашались знатные вельможи и иностранные дипломаты. Гостям преподносились угощения, на улицах сверкали фейерверки, а с крепостных стен палили пушки.
Кроме маскарадов, при дворе проводились танцы и народные игры. Весьма популярна была игра в бирюльки, о чем сейчас мало кто знает. Играли так: участники ссыпали в кучку фигурки, а потом при помощи специальных крючков пытались их извлечь, не разрушив конструкцию.
Тогда же в моду вошли необычные блюда, например, поросенок, фаршированный разными птицами, вложенными друг в друга, наподобие матрешки. Это угощение стали называть «императрица». Считается, что обычай дарить новогодние подарки также начал распространяться именно при Екатерине II.
Павел I, который, как известно, недолюбливал матушку, убавил екатерининский размах, он, а также унаследовавший за ним престол Александр I, предпочитали скромную трапезу. Вслед за ними и вельможи значительно упростили свои рождественские и новогодние столы. Но ненадолго…
Что же касается традиции ставить нарядную елочку в домах, то она тоже возникла при Александре I. Дело в том, что в 1817 году его брат Николай (будущий царь Николай I) женился на немецкой принцессе Шарлотте. Молодая жена великого князя в память о своем детстве в Германии на Рождество стала наряжать елку, приглашая на праздник членов семьи.
Став в 1825 году императором, Николай I официально устраивал торжества вокруг зеленой красавицы. Государь любил новогодние маскарады, лотереи, розыгрыши, щедро одаривал приближенных и гостей.
Как свидетельствует история, первая публичная рождественская елка, нарядно украшенная в соответствии с европейскими традициями, была установлена в 1852 году в Петербурге в помещении Екатерининского вокзала (сейчас это Московский вокзал).
В конце XIX века главной елкой в России была, естественно, царская. Но проходила она не в Москве, а в Петербурге - в Царском селе и Гатчине. В роли Деда Мороза выступал сам император Николай II.
Первоначально елка считалась символом Рождества. Обязательная звезда на макушке - это символ Вифлеемской звезды, которая указала волхвам путь к месту, где родился Иисус Христос. На елке обязательно должно было быть 12 свечей, по количеству апостолов и месяцев в году.
Запрещенная и реабилитированная
Но елка царствовала на новогоднем празднике, увы, не всегда. Во время Первой мировой войны Святейший Синод Российской империи запретил рождественскую елку как вражескую немецкую затею.
Пришедшие к власти большевики продлили запрет. Новогодняя елка стала считаться идеологически вредным буржуйским обычаем, тем более что была тесно связана с Рождеством. А религии, как известно, новая власть объявила беспощадную войну.
Вот один из образчиков писем возмущенных советских граждан, «глубоко осуждающих буржуазную привычку проведения новогодних праздников». «Меня как безбожника, ведущего антирелигиозную пропаганду, удивляет, почему газета «Правда» в своих объявлениях на весь СССР публикует, что Универпочта предлагает елочные украшения… Предлагаю Универпочте поставить на вид за то, что она способствует старому быту, рассылая всякую мишуру и разную дребедень для украшения елок».
И все-таки елка вернулась, но для этого в 1928 году пришлось обращаться к Сталину со специальным предложением. Новый вождь, видимо, не спешил его рассмотреть, потому что разрешение было получено только в 1935 году, для чего была издана специальная резолюция по восстановлению елки в ее праздничных правах, правда, только новогодних, и ни в коем случае не рождественских, которые оставались под запретом.
Об этом за три дня до нового 1936 года сообщила газета «Правда». И уже на следующий день она написала, что по всей Москве торгуют елками. Но народ открывать елочные базары боялся, дабы не угодить в сталинские лагеря. Тогда в спешном порядке в Москве был запущен завод «Иней», куда вернулись старые мастера новогодних игрушек.
В канун 1938 года в Колонном зале Дома Союзов впервые поставили 15-метровую елку, украшенную 10 тысячами игрушек. На ней также впервые появился Дед Мороз в исполнении известного артиста эстрады Михаила Гаркави, спустя год вместе с ним елку стала вести Снегурочка.
А через 10 лет, в 1947 году, указом президиума Верховного Совета СССР 1 января был объявлен праздничным и выходным днем.
С 1976 года главной стала считаться елка в построенном в те годы Кремлевском дворце съездов, и до сих пор кремлевская елка собирает тысячи участников и гостей.
Елка по-верненски
Что же касается Алматы, раньше он был Алма-Атой, а еще раньше - Верным, то первый Новый год здесь отпраздновали в далеком 1853 году, когда первый небольшой отряд переселенцев достиг Иссыка. Известный алматинский краевед Владимир Проскурин, живущий сейчас в Германии, в свое время мне рассказывал, что слышал от стариков, которым в свою очередь об этом поведали их деды, что та, первая переселенческая зима, была в наших краях на редкость холодной. Семиречье словно испытывало новопоселенцев многоснежным и суровым новогодием.
Топлива и фуража оказалось заготовленным крайне недостаточно, поэтому землянки и юрты (дома еще не успели построить) отапливались очень экономно. В соседних аулах от бескормицы пало много скота, и отряд полковника Перемышльского лишен был возможности закупить у местных жителей мясо и молочные продукты.
Помню, Владимир Проскурин, смеясь говорил, дескать, казахи незлобиво шутили, что русские так любят своего Деда Мороза, что таскают его за собой повсюду. Вот и на этот раз старенький Никола-зимний сковал льдом все Семь Рек нового для переселенцев края. И новый, 1854 год, они отметили не у елки, а под елкой, и вместо новогодних разносолов у них была лишь постная ячменная каша да жидкий чаек, заваренный на местным шиповнике.
А тем временем в покоях Николая I в Зимнем дворце Санкт-Петербурга решался вопрос - быть или не быть укреплению Верное.
Новый 1854 год принес радостную весть: в депеше из новогоднего Омска от генерала Густава Христиановича Гасфорта сообщалось - быть городу в долине Яблонных гор. И к следующей зиме первые верненцы уже успели заготовить все необходимое, а главное - вывезти строевой лес из ущелий. В предгорьях Алатау споро застучали топоры да завизжали пилы.
Под эту своеобразную рождественскую музыку инженер Александровский приступил к разбивке первых улиц и кварталов, обозначив их рядами колышков. Из смолистых остропахнущих тянь-шаньских плах возвели первые дома казаков Сибирского войска. Будущее поселение нарекли станицей Алматинской.
В новый 1855 год над быстро растущим поселением уже живо курился дымок, аппетитно пахло малороссийским борщом да русскими блинами. Правда, за новогодним столом сидело не более двух тысяч первопоселенцев. Стол освещали горящие фитильки, воткнутые в глиняные плошки, залитые бараньим салом. До праздничной иллюминации было еще далеко, но первые попытки предпринимались уже тогда.
Вот какую интересную запись про старую Алма-Ату нашел в архивах Владимир Проскурин. Она была сделана молодым исследователем Тянь-Шаня Петром Семеновым:
«…Когда мы стали подъезжать к Верному, уже совершенно стемнело, наступила темная ночь. Тем эффектнее представились мне совершенно неожиданно на всем широком пространстве только что основанного укрепления веселые разноцветные огни зажженной в тот день иллюминации, которая представила мне Верное в совершенно феерическом виде. Я знал, что домов в Верном, кроме наскоро выстроенного домика пристава Большой орды, еще не существует, а между тем блестящие разноцветные шкалики обозначали красивые фасады множества этих несуществующих домов… Когда же я проснулся на другой день в приготовленной мне просторной юрте и вышел из нее, то никаких домов и домовых фасадов не оказалось. Обнаружилось, что вечером от хитроумно придуманной иллюминации произошла полная иллюзия…».
Так с рождественских рассказов и очаровательных придумок делал первые шаги будущий Алматы.
…Советская Алма-Ата, как и все города СССР, жила по указаниям Центра, поэтому первая официально разрешенная новогодняя елка в городе тоже состоялась в 1935 году. Но не в оперном театре, как сейчас (он был построен только в 1941 году), а на площади Коминтерна, что располагалась в районе нынешних улиц Абылай хана и Маметовой.
Постепенно елки вернулись в школы, детские садики и, конечно, к семейному новогоднему столу с обязательным салатом «Оливье» и «Советским шампанским». А с 1991 года снова стали отмечать и Рождество. Потому что политики приходят и уходят, а новогодние праздники остаются.