Непостоянство лжи
Открытый источник
По данным Генпрокуратуры, в первом квартале 2026 года зарегистрировано 5,3 тысячи киберпреступлений - это на 15% меньше, чем за аналогичный прошлогодний период. Для сравнения: с 2019 года с января по март всегда фиксировался рост числа цифровых преступлений, а в 2025 эти показатели и вовсе резко подскочили - сразу на 23% за первый квартал и на 26% по итогам года.
Снижение криминальной статистики во многом связано с техническим устареванием популярных преступных схем. Например, случаев оформления онлайн-займов на чужие банковские карты стало меньше в три раза - менее 500 пострадавших в этом году. Меньше стало и мошенничеств через интернет-объявления - на 20%. Однако звонки и рассылки от «лжебанков» остаются на прежнем уровне популярности - с января этого года зарегистрировано более тысячи киберпреступлений с крупным материальным ущербом для граждан. Такой способ обмана по-прежнему остается одним из самых излюбленных среди аферистов.
Если смотреть по регионам Казахстана, ситуация с онлайн-мошенничеством выглядит спокойнее, чем год назад. Снижение зафиксировано почти во всех областях страны. Исключение - Атырауская и Улытауская области, а также Шымкент, где число подобных преступлений, наоборот, растет. В то же время Астана и Алматы по-прежнему формируют почти треть всех зарегистрированных случаев обмана в интернете. Однако и здесь показатели снижаются, но не так заметно: на 4,1% и 7,3%, соответственно.
При всей положительной динамике остается и обратная сторона статистики. Из 5,3 тысячи зарегистрированных фактов онлайн-афер до стадии завершения дошло только 721 дело, из них 634 направлены в суд. Еще по 1,5 тысячи эпизодов расследование приостановлено - подозреваемых установить так и не удалось. Вдобавок более 1,1 тысячи дел были сняты с учета, чаще всего из-за дублирования или недостатка доказательств.
В итоге статистика стала выглядеть лучше, но говорить о реальных изменениях пока рано: мошенники постоянно меняют подход и придумывают новые схемы обмана, а правоохранительные органы продолжают работать в условиях, где значительная часть таких преступлений по-прежнему остается без конкретных фигурантов и даже подозреваемых.