Общество31 марта 2021 7:20

Княжна Женя

На днях, 27 марта, исполнилось бы 60 лет одной из самых ярких, но, к сожалению, рано угасших «звезд» казахстанской журналистики Евгении Доцук
Евгения Доцук.

Евгения Доцук.

Она рано блеснула талантом — еще будучи студенткой факультета журналистики. Но особо ее творческое дарование раскрылось в лучшей, пожалуй, в середине 80-х газете республики — «Ленинской смене». Здесь она сразу стала «примой». А знаменитый материал об алматинских подростковых группировках «Пацаны» стал газетной классикой, «бестселлером», как нынче говорят. И прогремел на весь Союз.

Редкое сочетание таланта, красоты, ума, обаяния быстро привело Женю к вершине мастерства. Ее уважали — с примесью зависти — самые авторитетные коллеги-журналисты. Ее знали, ей благоволили первые лица Казахстана. Симпатизировал президент страны — чем Евгения профессионально пользовалась и неоднократно делала умные, глубокие интервью с Нурсултаном Назарбаевым.

В конце 90-х Евгения Владимировна заслуженно стала собственным корреспондентом по Казахстану «Комсомольской правды» — популярнейшей и влиятельнейшей в те годы газеты большой страны. Через короткое время ее позвали работать в Москву, в центральную редакцию. Но Женя осталась на родине, возглавила новое издание — «Известия-Казахстан». И в немалой степени способствовала становлению и развитию нашей газеты — «Комсомольской правды в Казахстане».

У нее было еще много жизненных планов и творческих перспектив. Увы...

Как известно и как часто бывает — «лучшие уходят первыми». 1 октября 2006 года Евгения Доцук внезапно, скоропостижно скончалась. В возрасте 45-ти лет — совсем молодом, самом «расцветном».

Сегодня на страницах родной для нее «Комсомолки», как за юбилейным столом, Женю вспоминают близкие по духу и профессии, хорошо знавшие ее люди — университетский наставник Сагымбай Козыбаев, соученик по журфаку и коллега по «Ленсмене» Ермек Турсунов и соратник по собкоровскому корпусу центральных изданий Сергей Козлов.

Что наша жизнь, коль порой не справедлива? Уйти в расцвете лет — от судьбы такого подвоха, да еще в отношении леди, явно не ожидали.

Было это двадцать лет назад. Группа авторитетных журналистов страны во главе с автором этих строк приступила к созданию необычной для того времени общественной организации, призванной консолидировать журналистское сообщество республики. Таковой оказалась Академия журналистики. Не было ни малейшего сомнения в том, какими достоинствами должны были обладать первые ее члены. Подчеркивалось изначально: академик — это не ученое звание, а признание высоких профессиональных заслуг. В звездный состав вошли мэтры отечественной журналистики и руководители главных медийных периодических изданий, телерадиокомпаний и творческих учреждений. Это видные журналисты Камал Смаилов, Иосиф Будневич, Дукеш Баимбетов, Галина Кузембаева, Олег Квятковский, Сейтказы Матаев, Мадрид Рысбеков, Асель Караулова, Игорь Шахнович, Сергей Апарин, Юлдаш Азаматов, Виктор Кияница... Время неумолимо, половины из этого списка уже нет с нами. В когорту маститых попала и Евгения Владимировна Доцук, которой тогда шел сороковой год, но она уже была одной из заметных фигур не только отечественной, но и российской журналистики.

С Нурсултаном Назарбаевым.

...Уже в студенческие годы Женя (окончила в 1983 году факультет журналистики КазГУ им. С.М. Кирова — единственный в те годы в Казахстане) была неугомонной и пытливой. Ваш покорный слуга уже лет десять преподавал, был наставником студенческой поросли русского отделения и готовил к защите докторскую диссертацию. Женин курс оказался неординарным и вполне успешным в последующей карьерной деятельности. Вспоминаю эти имена: Александр Тараков, Лолита Базилевская, Валерий Задорновский, Даниил Парнас, Олег Усенков, Виктор Шацких, Жанна Айжолова, Канат Жантикин, Кемар Машанло, Сапа Мекебаев... Более ста бравых, одаренных девушек и юношей, у которых были в то время лишь беззаботные студенческие годы. Однако у них были и первые творческие удачи.

Евгению еще студенткой приметили в легендарной «Ленинской смене». Она первая осмелилась рассказать о жестких «воровских» нравах, которые царили в городских школах в советское время. Цикл ее материалов о «Пацанах» (так называлась серия ее статей) задел не только общественность, но и партийную верхушку. Лично первый секретарь ЦК КП Казахстана отреагировал на публикацию — событие по тем временам небывалое. Об этом подробно рассказано в книге автора этих строк «Моя «Ленсмена», изданной к 80-му юбилею знаменитой газеты.

Из «Ленинской смены» Евгения успешно стартовала в собкоры журнала ЦК ВЛКСМ «Парус» по Средней Азии и Закавказью. А потом наступил черед и популярнейшей тогда «Комсомольской правды», где она проработала собственным корреспондентом по Казахстану несколько плодотворных лет.

И вполне естественным был ее переход в «Известия-Казахстан», причем не кем-либо, а шеф-редактором этой старейшей и влиятельной российской газеты.

И это было закономерным для Евгении. Полноценное присутствие «Известий» в Казахстане было высочайшей планкой для казахстанской журналистики.

Женя была истинной патриоткой Казахстана. Ее лично знал и ценил Первый Президент страны Нурсултан Назарбаев. Спустя годы он напомнил ей об интервью, которое она брала у него для всесоюзной прессы.

Вернусь к Академии журналистики Казахстана. Евгения активно участвовала во всех ее мероприятиях. Помогала в привлечении спонсоров, проведении на сцене Театра оперы и балета им. Абая яркой церемонии вручения высшей общежурналистской премии страны «Алтын Жұлдыз» с приглашением известных российских и зарубежных журналистов.

С Касым-Жомартом Токаевым.

Помнится и другое. В частности, как отмечали сорокалетие со дня рождения Евгении, на котором присутствовал Имангали Тасмагамбетов, с которым ее связывала многолетняя дружба. Впрочем, коммуникабельный характер позволял Жене дружить со многими известными персонами. Это не только российские звезды — Михалков, Фрейндлих, Ахеджакова, но и Барбара Брыльска, всемирно известный бразильский писатель Паоло Коэльо, которого Женя лично привечала в 2004 году в Алматы.

Вручение золотой медали Академии журналистики Казахстана «Алтын Самрук»

Друзья остались ей верны. Когда в 2006 году нелепая смерть настигла Женю во сне, Имангали Тасмагамбетов, будучи акимом Алматы, сделал все, чтобы достойно проводить Женю в последний путь, — за что журналистская рать страны признательна ему и по сей день.

«Уходя на тот свет, не забудь выключить этот», — сказал иронично кто-то из великих. Женя непростительно рано выключила свой бренный мир, но осталась вечно в неугасающей памяти солнечной, теплой княжной Женей...

Сагымбай КОЗЫБАЕВ, профессор, исследователь прессы, Президент Академии журналистики РК.

Одной звезды я вспоминаю имя...

Мы учились на журфаке. Она на курс старше меня, поэтому в «Ленинской смене» оказалась чуть раньше. Это было примерно в 1983-84 годах.

Что такое «Ленсмена» того времени, старожилам рассказывать не надо. Газета располагала на тот момент, как сказали бы сегодня, абсолютно «звездным» составом. Здесь работали такие «зубры», как Женя Гусляров, Вася Елисеев, Люда Мананникова, Вася Гилев, Сергей Степанов, Милочка Герций. Кого-то могу забыть, но точно помню, что ответственным секретарем был Валерий Петрович Огнев, человек шумный, заводной, крикливый. Завотделом культуры и искусства — Лариса Петровна Лукина. Она, кстати, и уговорила тогдашнего главного редактора Сергея Подгорбунского взять меня в штат после окончания университета. Что, в свою очередь, для меня явилось большим сюрпризом. Лично я готовился к худшему...

Видите ли, в чем дело. Многие хорошо помнят декана факультета журналистики КазГУ — Темирбека Кожакеева. Уверен, помнят, каким он был строгим, несговорчивым и, к моему несчастью, обладал еще и феноменальной памятью. К примеру, он помнил подетально все мои «косяки», а их у меня в студенческие годы к пятому курсу набралось вагон и маленькая тележка: и преподавателям я грубил, и драки в общаге устраивал, и в «ментовку» меня забирали не раз... Естественно, с таким «послужным списком» мне мало что светило хорошего в будущем. Поэтому декан грозился отправить меня после окончания «универа» в такую дыру, откуда ни один честный журналист живым не выбирался. Скорее всего, так бы оно и случилось, но тут произошло чудо. Подключилась к моей судьбе Лариса Петровна. В итоге в деканат накануне распределения поступила спасительная бумажка — вызов в республиканскую молодежную газету. Это было тем более удивительно, что «Ленсмена» восьмидесятых по праву считалась флагманом отечественной журналистики. Тиражи у нее были просто фантастические: в среднем по триста тысяч экземпляров. И это — «ежедневка»!

С Эльдаром Рязановым.

Так вот, надо полагать, что меня взяли в «Ленсмену» в качестве мальчиша-плохиша на перевоспитание. А вот Женечку Доцук за год до меня приняли без всяких разговоров. И диплом у ней был красивый, и рекомендации что надо. Да и вообще, Женька была дамой во всех смыслах весьма привлекательной. Видной, породистой, яркой во всех отношениях. В редакции она сразу же пришлась ко двору. Умела она как-то настраивать людей на свою волну. Поэтому если где намечалось сложное задание, то, как правило, отправляли ее. И она всегда со всеми неподъемными задачами справлялась весело и непринужденно. Разговорить она могла кого угодно, перо у ней было легкое, слог — «читабельный», и материалы ее довольно часто висели в коридоре редакции в качестве образцовых. Однако самым громким ее достижением в газетной жизни, пожалуй, был цикл публикаций под общим названием «Пацаны». Помню, еще годом ранее на экраны Советского Союза вышел замечательный фильм Динары Асановой с Валерой Приемыховым в главной роли (с этим замечательным актером и режиссером я был знаком, мы общались). Материал тематически перекликался с кинокартиной, и это придавало ему дополнительный вес. Помню еще, как тогда сильно возбудились комсомольские бонзы. Вроде даже какая-то комиссия приезжала из Москвы. Разбирались, но придраться к автору не получалось — всё было сделано исключительно профессионально. Женька тогда стала, что называется, «цитируемой». Ею гордились.

С Егором Кончаловским.

Потом я уехал учиться «на киношника» в Москву и наши дорожки разошлись. После окончания учебы вернулся в Алма-Ату. Бушевала перестройка. «Кина» никакого тогда не было, по киностудии бегали стаи бродячих собак. Я сидел безработный, и тут Женька вдруг разыскала меня и позвала в «Известия-Казахстан». Она была там одним из руководителей и обращались к ней уже не иначе как Евгения Владимировна. Я согласился — и мы снова стали коллегами по цеху.

Я не могу сказать, что мы были сильно близки, что ходили друг к другу в гости или сидели за одним столом на пикниках. Нет, такого не было. Но у нас был какой-то особый тип отношений, когда все ясно. Женька — друг. Ей доверяешь. Она — свой человек. И тут не нужно ничего объяснять.

И еще. Встречаются в жизни такие люди, чей образ как-то по-особенному врезается в память. И остается там надолго. Женьку сложно забыть. Я помню ее голос, манеру разговаривать, ее смех, ее походку, жесты. Весь ее аристократический облик.

Про Женьку вспоминать приятно...

Ермек ТУРСУНОВ, режиссер, писатель, Председатель Союза кинематографистов РК.

«...Она, никем не заменимая»

У нас с Женей Доцук, когда мы вместе оказывались в многочисленных журналистских поездках, была словесная игра. Летим, к примеру, в самолете в Москву, по собкоровским делам. Она мне читает:

«Хор ангелов великий час восславил,

И небеса расплавились в огне».

А я должен был назвать автора.

— Ну, Женя, ты даешь, кто ж этого не знает? — усмехаюсь я, — это ж Анна Андревна.

Хотя, признаться, поэзию Ахматовой знавал, так сказать, не очень хорошо. Но знал зато, что именно Ахматова, Цветаева, Пастернак — это Женькины поэтические фавориты, и потому старался их между делом регулярно почитывать. Особенно перед такими вояжами освежал, так сказать, в памяти. Так что Женя стала для меня своеобразным «катализатором» в прерванном после университетского курса освоении русского стиха.

— Ну хорошо, — говорит Женька, — будем считать, что один ноль в твою пользу. А вот это:

«К ней, кто никем не превзойденная,

К ней, кто никем не заменимая!»

Так, думаю, на Ахматову с Цветаевой уже вроде непохоже.

— Пастернак, — говорю.

— Ну да, Пастернак... «Знаток». 1:1. Думай.

Удивительно, но ловлю себя на том, что с Женькой мы очень даже нечасто говорили о наших журналистских, профессиональных делах. Так, лишь иног-да, когда что-то такое уж очень интересное или острое вдруг случалось. Скажем, на кого-то из нас, собкоров, в очередной раз «наехали», или на очередной «прессухе» кто-то из наших «верховных» что-то там каверзное выдал, сморозил, так сказать... Нет, по большей части, общались не о том.

Мне всегда были интересны ее словесные портреты людей из нашего окружения. Не говоря уже о характеристиках тех, с кем нам приходилось иметь дело из сфер власти, бизнеса, культуры. Жизнь собкоровская, она ведь была в те, для кого-то приснопамятные 90-е, не просто увлекательной. Совершенно новая жизнь, новые люди, новая страна. И мы — в гуще всего этого. Летописцы, так сказать, эпохи. И Женька чувствовала это время и перемены в людях куда тоньше нас, собратьев по собкоровскому нашему кругу.

С Даригой Назарбаевой.

Она ведь была (да простят меня коллеги-журналисты) не совсем от нашего корня. В ней всегда звучала какая-то загадочная музыка, и, конечно же, мыслила она не образами героической эпохи свержений и свершений. «Во всех грехах он был ребенок нежный» — вот, собственно, персонаж, ее интересовавший и в творчестве, и в жизни.

Быстро прожила Женя. Ярко и интересно. Оставив свет во всех, с кем свела ее эта бурная жизнь. Повезло и мне. Хотя как не жалеть сегодня о том, что общались не так часто, как хотелось бы. А как хочется сегодня поговорить с ней. О чем угодно. Послушать ее неповторимый, какой-то бархатный голос. Ее смешные словесные зарисовки, портреты, сравнения.

Говорят, талантливый человек талантлив во всем. Не знаю, наверное, это неуместная банальность. Была ли Женька талантлива во всем? Я тоже не знаю. Но что она была во всем красива, это безусловно. Красота, даже не столько внешняя, но излучающая свет откуда-то из неведомой выси на все, куда падает луч твоей судьбы, — это, наверное, уже не просто талант. Женя этим своим лучом освещала все вокруг.

А своего любимого Игоря Северянина (с которым я «прокололся» по пути в Москву, перепутав с Пастернаком) она буквально заставила меня прочесть не только еще и еще раз, но «вжиться» в его строки, как сама Женька иногда любила говорить.

«...Она, никем не заменимая,

Она, никем не превзойденная,

Так неразлюбчиво-любимая,

Так неразборчиво влюбленная».

Сергей КОЗЛОВ, Экс-собкор «Независимой газеты».

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz