Казахстан
-13°
Boom metrics
Сегодня:
Общество8 декабря 2021 3:25

Видит око, да зуб неймёт

-
В начале года Глазной институт потребовал от Шамиля Шакирова освободить принадлежащее ему здание. После суда в пользу Шакирова, новое требование – снести здание.

В начале года Глазной институт потребовал от Шамиля Шакирова освободить принадлежащее ему здание. После суда в пользу Шакирова, новое требование – снести здание.

Фото: Павел ЗЛОБИН

В марте этого года «Комсомолка» в статье «Обман зрения?» рассказала о конфликте между одним из крупнейших в стране офтальмологических центров — Казахским НИИ глазных болезней (его еще называют Глазной институт) — и владельцем расположенного по соседству небольшого магазина оптики, предпринимателем Шамилем Шакировым, который обратился к нам за помощью, заявив, что стал жертвой рейдерского захвата.

Наша газета тогда осветила эту неоднозначную ситуацию на своих страницах. В итоге летом суд своим решением принял сторону предпринимателя Шакирова. Однако ситуация все так же далека от разрешения, более того, теперь Глазной институт потребовал снести «мозолящие ему глаза» здания.

Напомним, в начале года Глазной институт потребовал от Шамиля и Людмилы Крючковой, которая владеет расположенной рядом такой же небольшой аптекой, немедленно и без всяких компенсаций освободить принадлежащие им здания. Заявив при этом, что Глазной институт их и построил. Дошло до взаимных исков в суд, и после четырех месяцев судебных тяжб, потраченных денег и нервов 28 июля суд вынес решение, в котором признал, что здания оптики и аптеки бесспорно принадлежат построившим их предпринимателям, а также обязал Глазной институт устранить препятствия в пользовании этими помещениями. Заодно признав недействительными акты ввода в эксплуатацию зданий, якобы построенных Институтом.

С глаз долой, из сердца вон?

Но не тут-то было. Глазной институт подал новый иск, на этот раз уже о сносе этих зданий. При этом изначальное заявление, что здания построены Институтом, их нисколько не смущает. После того, как суд доказал, что это не так, в новом иске представители Института стали утверждать прямо противоположное: дескать, здания построены владельцами Шакировым и Крючковой самовольно и должны быть снесены как можно скорее. Расписавшись, по сути, в том, что в своем первом иске истцы фактически обманывали суд.

— Суд признал, что некто в Глазном институте сфальсифицировал правоустанавливающий документ — Акт приемки построенного объекта в эксплуатацию — от 22 июля 2020 года, — подчеркнул юридический консультант предпринимателя, эксперт Алматинской юридической корпорации Александр Перегрин. — Когда суд устанавливает признаки уголовного правонарушения, он обязан сообщить об этом в прокуратуру. Здесь же признаки преступления налицо — попытка присвоения чужой собственности с помощью подделки документов. Они фактически получили возможность распоряжаться этим объектом, как своим, а это уже завершенный состав мошенничества. Но, увы, суд в прокуратуру по этому вопросу не обращался, уж не знаем, по какой причине, поэтому придется нам это делать самим. Это наша гражданская обязанность. Когда гражданин видит явное нарушение закона, то либо его «покрывает», становясь таким образом соучастником, либо заявляет о нем в правоохранительные органы, что мы и намерены сделать.

По словам Шамиля Шакирова, в 2007 году Глазной институт предложил ему самостоятельно построить на своей территории небольшое здание для оптики, которая на тот момент работала в самом здании Института.

По словам Шамиля Шакирова, в 2007 году Глазной институт предложил ему самостоятельно построить на своей территории небольшое здание для оптики, которая на тот момент работала в самом здании Института.

Фото: Павел ЗЛОБИН

Кстати, очень интересно, каким образом НИИ глазных болезней пытался незаконно зарегистрировать эти объекты на себя. Глазной институт сделал ремонт в своем здании, а заодно приплюсовал к нему ремонт, якобы произведенный в этих павильонах. Однако в суде было доказано, что никакого ремонта в помещениях оптики и аптеки не проводилось. Институтом лишь была зачем-то установлена дверь между зданиями.

— Мы представили суду фотографии и видеосъемки, сделанные зимой этого года, где видно, что никакой двери там нет, ее они самовольно установили уже после марта этого года, когда разгорелся конфликт, — подчеркнул юрист. — Установка этой двери незаконна, никто не имеет права что-то устанавливать в чужом владении без разрешения владельца.

По словам Шамиля Шакирова, в 2007 году Институт сам предложил ему самостоятельно построить на своей территории небольшое здание для своей оптики, которая на тот момент работала в самом здании Института.

— У КазНИИ глазных болезней были лечебная и исследовательская функции, а вот продажей лекарств и изготовлением очков они заниматься не могли, — отметил предприниматель. — Много у него и свободной земли, поэтому в интересах Института для того, чтобы эффективно лечить больных, было решено пригласить меня и Людмилу Федоровну, которая построила аптеку рядом двумя годами позже.

Это подтверждает обращение самого НИИ в госорганы для согласования аренды земли под построенное Шакировым здание. И все госорганы: и держатель госдоли в этом РГП, и Госкомимущества, и Минздрав, и «Алматы Жер» согласовали аренду земли под эти строения. Тем самым признав, что здания не входят в состав имущества Института. Да и после приватизации Институт еще два года продолжал заключать с Шакировым договор аренды земли. Но с начала марта этого года павильоны отключены от электроэнергии и воды, без которых они не могут работать. Несмотря на решение суда, который запретил препятствовать пользованию зданиями, Глазной институт не подключил их до сих пор.

— Само предъявление иска о сносе уже является воспрепятствованием пользованию этими объектами, что запрещено решением суда, — недоумевает Александр Перегрин. — То есть суд говорит — не препятствуйте, а они обращаются в суд — снесите! Тогда выплатите владельцам компенсацию стоимости этих зданий, которые были построены по вашей же просьбе, и делайте, что хотите — хотите, пользуйтесь, хотите, сносите. Подчеркну, снести можно только самовольную постройку. А что такое самовольная постройка? В случае, если она возведена без разрешения и согласования. В случае же с Шакировым как она может быть самовольной, если была построена по просьбе самого Глазного института на его земле, которую он, согласно заключенному договору, в течение почти 20 лет сдавал предпринимателю в аренду? Мало того, провел ему свет, воду, за что брал оплату по счетчикам. Правоотношения у Шамиля и Людмилы Федоровны возникли еще с госпредприятием, затем РГП было преобразовано в ТОО, далее — в АО, и все время собственником контрольного пакета акций было государство. Затем государство свою долю продало частной компании, но само приватизированное АО осталось полным правопреемником РГП с автоматическим сохранением всех обязательств и договоренностей.

Оптическая иллюзия справедливости

Как известно, у любого конфликта всегда две стороны, у каждой из которых своя правда, поэтому, чтобы быть объективными и озвучить обе позиции, мы попытались связаться с руководством Казахского НИИ глазных болезней. Но тщетно. На официальный запрос с просьбой об интервью с генеральным директором Казахского НИИ глазных болезней Нэйлей Алдашевой мы получили обескураживающую отписку. В ней говорится буквально следующее: «В ответ на Ваше обращение сообщаем, что в настоящее время все вопросы в рамках возникшего спора между ТОО «Казахский ордена «Знак Почета» научно-исследовательский институт глазных болезней» и ИП «Шакиров Ш.А.» разрешаются в правовом поле».

С марта этого года павильон оптики не работает, из-за того, что отключен от электроэнергии и воды.

С марта этого года павильон оптики не работает, из-за того, что отключен от электроэнергии и воды.

Фото: Павел ЗЛОБИН

Очень жаль, что уважаемая Нэйля Ахметовна отказалась говорить с нами, поскольку вопросов возникло действительно очень много. И если, как утверждает Институт, все спорные вопросы они намерены решать в правовом поле, то почему не исполняют решение суда и препятствуют работе павильонов оптики и аптеки, отключив их от электричества и воды? В чем мотивация их отказа от любых переговоров? Что за компания, которая якобы проводила в павильонах ремонт, которого не было, и больше того, согласно представленным в суде документам, даже получила за него деньги? Кто конкретно ответственен за фальсификацию Акта приемки? Это эксцесс исполнителя или указание руководства НИИ? Кстати, название «Казахский научно-исследовательский институт глазных болезней» после приватизации осталось неизменным. Очень интересно, а научно-исследовательская часть в институте осталась? Ведут ли они научные исследования и если да, то какие? А если это чисто коммерческое предприятие и исследования не ведутся, то тогда почему у них в названии остается аббревиатура НИИ?

В июле 2019 года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев сказал следующее: «Вы знаете мою принципиальную позицию — следует всячески поддерживать отечественный бизнес, а тех, кто препятствует его развитию необоснованными проверками, поборами, рейдерством, нужно строго наказывать».

Вопрос неравновесности сторон в обычном гражданском производстве был поднят главой государства не просто так, простому человеку действительно невообразимо трудно судиться с государством. В прошлом году президент дал поручение изменить практику и ввести принцип, что именно государство должно доказывать законность своих действий в конфликтах с предпринимателями. Хотя этот принцип и раньше был закреплен в Гражданско-процессуальном кодексе, фактически он не работал. Сегодня те иски о спорах с государством, которые раньше рассматривали СМЭС и обычные районные суды, выделили в отдельную категорию и перенесли в административные суды. Но поручение Токаева было шире — оно касалось и споров малого бизнеса с крупными корпорациями.

Конечно, весовые категории у истца и ответчика в нашем случае несравнимы. С одной стороны, Казахский НИИ глазных болезней — гигант, собственники которого заплатили за выкуп акций несколько миллиардов тенге. С другой — типичные представители, чего уж там, совсем малого бизнеса. Кстати, для многих стран мира вполне нормальная практика, когда вокруг крупных корпораций работают сотни подобных предприятий. Например, в Японии с одной из крупнейших мировых корпораций — дзайбацу (конгломератом) Mitsubishi — партнерствуют тысячи мелких фирмочек. Они обтягивают кожей сиденья для мотоциклов или выполняют множество других мелких, но необходимых функций. При этом встречая полную поддержку со стороны государства, которое таким образом поддерживает малый бизнес, чтобы он развивался в симбиозе с гигантскими корпорациями.

В нашем же случае остается ждать очередное решение суда, заседание которого назначено на 15 декабря и которое покажет, какую позицию занимает наше государство. Игра ли это в пользу крупных корпораций, или оно все-таки настроено поддерживать и развивать малый и средний бизнес, о чем так много говорится в последнее время. «Комсомолка» продолжит следить за развитием ситуации.

У «Комсомолки» в Казахстане появился свой канал в Telegram. Публикуем актуальные новости в течение 10 минут, беседуем со звездами эстрады и бизнес-аналитиками, говорим о курсе тенге каждый день.

Он не навязчивый. Новости приходят один раз в 20 минут. Вы будете в курсе всех важных событий.

Перейти на канал: https://t.me/kp_kz